Читаем Укрощение строптивой полностью

Ведь смерти предают всех мантуанцев,Прибывших в Падую! Вам неизвестно?Ваш флот стоит, задержанный в Венеции;Дож, с вашим герцогом ведя вражду,Издал такой приказ; он оглашен.Я удивляюсь. Хоть вы здесь недавно,Но уж могли бы слышать о приказе.
Педант
Увы, синьор! Совсем теперь пропал я.Я из Флоренции взял векселяИ должен деньги получить по ним.
Транио
Хотелось бы помочь вам.Вот что я посоветовать могу.Сперва скажите: вы бывали в Пизе?
Педант
Да, в Пизе я бывал, синьор, нередко.Достойных лиц дала немало Пиза.
Транио
А не знавали ли вы там Винченцио?
Педант
Нет, не знавал, но слышал я о нем:Купец он, не сравнимый по богатству.
Транио
Он мой отец; и должен я признаться,Меж ним и вами есть большое сходство.
Бьонделло (в сторону)
Как яблоко на устрицу похоже.
Транио
Любя его, чтоб вашу жизнь спасти,Хочу я вам услугу оказать;Я полагаю, в данном деле кстатиС моим отцом Винченцио ваше сходство;Под именем его вы, всеми чтимый,Поселитесь тут в доме у меня.Старайтесь лучше вашу роль сыграть.Понятно вам? И так вы проживетеДо окончанья ваших дел спокойно.Коль нравится услуга, принимайте.
Педант
Приму, синьор. Навек считать вас будуСпасителем и жизни, и свободы.
Транио
Тогда пойдем со мной и все уладим,Но, кстати, должен я предупредить,Что со дня на день мой отец приедетДля подписанья брачного контрактаМеж мной и младшей дочерью Баптисты;Я все подробности вам расскажу.Теперь идем ко мне переодеться.

Уходят.

Сцена 3

Комната в доме Петручио. Входят Катарина и Грумио.

Грумио
Нет, право, нет. Никак я не могу.
Катарина
Чем горше мне, тем он ко мне жесточе!Что ж, взял меня, чтоб голодом морить?Ведь даже нищий, что у двери проситУ нас в дому, имеет подаянье,А нет, так кто другой ему подаст,А я, что не просила никогда, –Да не имела и нужды просить, –Я голодна, не выспалась, шатаюсь:Сон криком он прогнал, а пищу ссорой.Но для меня обиднее всего,Что это он любовью прикрывает:Как будто вредно мне и спать, и есть,И связано с опасностью для жизни. –Пожалуйста, скорее принесиЧего-нибудь поесть мне, хоть немножко.
Грумио
Что скажете вы про телячьи ножки?
Катарина
Отлично! Только поскорей неси.
Грумио
Пожалуй, что для желчи выйдет вред.А как по части жирненьких рубцов?
Катарина
По вкусу! Грумио, неси скорей!
Грумио
Не знаю уж, не вредно ли для желчи.А как насчет говядины с горчицей?
Катарина
Вот это я особенно люблю!
Грумио
Горчица-то немного горячит!
Катарина
Давай говядину, оставь горчицу.
Грумио
Говядину подать вам без горчицы?Пускай другой кто подает, – увольте.
Катарина
Одно иль вместе, что-нибудь, что хочешь.
Грумио
Так без говядины я дам горчицы.
Катарина
Перейти на страницу:

Похожие книги

Занимательные истории
Занимательные истории

В истории французской литературы XVII в. имя Таллемана де Рео занимает особое место. Оно довольно часто встречается и в современных ему мемуарах, и в исторических сочинениях, посвященных XVII в. Его «Занимательные истории», рисующие жизнь французского общества эпохи Генриха IV и Людовика XIII, наряду с другими мемуарами этого времени послужили источником для нескольких исторических романов эпохи французского романтизма, в частности, для «Трех мушкетеров» А. Дюма.Относясь несомненно к мемуарному жанру, «Занимательные истории» отличаются, однако, от мемуаров Ларошфуко, кардинала де Реца или Сен-Симона. То были люди, принадлежавшие к верхним слоям потомственной аристократии и непосредственно участвовавшие в событиях, которые они в исторической последовательности воспроизводили в своих воспоминаниях, стремясь подвести какие-то итоги, доказать справедливость своих взглядов, опровергнуть своих политических врагов.Таллеман де Рео был фигурой иного масштаба и иного социального облика. Выходец из буржуазных кругов, отказавшийся от какой-либо служебной карьеры, литератор, никогда не бывавший при дворе, Таллеман был связан дружескими отношениями с множеством самых различных людей своего времени. Наблюдательный и любопытный, он, по меткому выражению Сент-Бева, рожден был «анекдотистом». В своих воспоминаниях он воссоздавал не только то, что видел сам, но и то, что слышал от других, широко используя и предоставленные ему письменные источники, и изустные рассказы современников, и охотно фиксируя имевшие в то время хождение различного рода слухи и толки.«Занимательные истории» Таллемана де Рео являются ценным историческим источником, который не может обойти ни один ученый, занимающийся французской историей и литературой XVII в.; недаром в знаменитом французском словаре «Большой Ларусс» ссылки на Таллемана встречаются почти в каждой статье, касающейся этой эпохи.Написанная в конце семнадцатого столетия, открытая в начале девятнадцатого, но по-настоящему оцененная лишь в середине двадцатого, книга Таллемана в наши дни стала предметом подлинного научного изучения — не только как исторический, но и как литературный памятник.

Жедеон Таллеман де Рео , Рео Жедеон де Таллеман

Биографии и Мемуары / Европейская старинная литература / Документальное / Древние книги