Читаем Страна мальборо (СИ) полностью

Холодная, серая река петляла меж обрывистых берегов, дополняя плеском и скрежетом камней мрачный облик природы, чувствующей приближение зимы. Редкие снежинки, медленно кружась падали в воду и плавились в ней, увеличивая на каплю объем и делая её немного холодней.

С каменистого обрыва, уже не одну сотню лет, смотрел в даль черный, умерший лес, в переплетенных ветвях, которого хрипло каркали вороны. Низкое, сумрачное небо тащило тяжелые облака по взметнувшимся вверх макушкам деревьев, оставляя на них клочья влажно-липкого тумана. Ветер заставлял колыхаться ветви, которые яростно рвали непрозрачное брюхо неба, в надежде рассмотреть притаившееся вверху солнце.

Высокий каменный утес навис над рекой, грозя в любой момент рухнуть вниз и перекрыть собой движение воды. Здесь он был с тех пор, как поднялся из неведомых пучин земли и уже сотни лет непреклонно стоял, обдуваемый всеми ветрами.

Согбенная фигура в черной, развевающейся одежде взобралась на самый пик молчаливого утеса. Тысячи хрипло каркающих точек спустились с небес и живым черным облаком замельтешили вокруг древней старухи. Холодный ветер поднимал вверх её редкие седые волосы, вырывал мелкие клочья из черных лохмотьев одежды. Она тянула к небу костлявые руки, пытаясь захватить скрюченными пальцами как можно больше облаков. Горящий взгляд, еле слышный шепот сухих губ, вползали в сознание огромным черным пауком. Старуха освобождала от оков времени первобытный страх.

Ветер растаскивал её шепот по всей округе, заставляя тех, кто их слышал падать на землю и затыкать уши, чтобы не слышать зловещие значения слов. Стая ворон металась из стороны в сторону, не в силах покинуть то ограниченное пространство в которое их заключила неведомая сила.

Развевающиеся черные лохмотья прекратили свое хаотичное движение и остановилось все. Замерла река, вязкой неподвижной субстанцией застыл ветер, черные птицы, перестав хлопать крыльями повисли в воздухе среди белых одиноко замерших снежинок. Ведьма взмахнула руками, оставив на серой туче рваный след от длинно-желтых острых когтей и время побежало дальше.

Послышался плеск воды, вновь заскрипели ветви древнего леса и лишь стая ворон превратилась в летучих мышей. Посылая друг другу условные звуки и знаки, они начали собираться вокруг старухи, сплетая из своих тел живую оболочку. Мыши запутывались в её волосах, цеплялись коготками за одежду не переставая при этом, истошно верещать, им тоже было страшно.