Читаем Страна мальборо (СИ) полностью


Безликий открыл небольшой чемоданчик с огромным красным крестом, вытащил оттуда уже наполненный десяти кубовый шприц и передал его Саторну. Затем он, порылся в чемодане и извлек из него красный жгут, которым перетянул руку Пилигриму. Вены медленно набухая темной синевой поползли из-под кожи.



- Сегодня я приготовил для тебя изумительный коктейль, который освободит твое сознание и ты расскажешь мне, где скрывается Ваал!



- Я не знаю!



- Твое сознание знает! Хочешь расскажу рецепт препарата, который отправит тебя в страну Marlboro! Нет, не хочешь? А, я тебе все равно расскажу! Запоминай, может когда ни будь пригодится! Итак, начали! На стандартный десяти кубовый шприц нужно две части флуразепама, три части триазолама, одна часть темазепама, одна часть нитразепама, одна часть зопиклона, одна флунитразепама, полкубика медазолама и столько же оксазепама! Тебе нравится? Я на себе пробовал, понравилось бесконечно, как в космос без скафандра вышел!



Тонкая, блестящая игла, чуть продавив под собой кожу, вошла в вену. Саторн ослабил жгут и медленно, принялся вводить препарат.



- Сейчас, совсем не то, что было в наши времена! Травки, эликсиры и прочее, все кануло в небытие, зато фармацевты поднялись до самых небес в своем искусстве создания новых соединений, которые очень облегчают нашу повседневную жизнь! Человек просыпается и тут же идет поедать таблетки, ложится спать и снова у него в руках что-то лекарственное, а про день и говорить страшно! - он усмехнулся и вытащил иглу. - А, когда, ему прописывают что-то новое, он отыскивает в справочниках медпрепаратов, интересующее его лекарство и изучает его! Фармокинетика и все такое!



Отдав шприц вместе со жгутом Второму, Саторн глубоко вздохнул и выдержав минутную паузу, заглянул в глаза человеку, привязанному к кровати:



- Начинается! Ну, что, поговорим по душам?



Пилигрим почувствовал, что ощущение реальности начинает покидать его. Громко скрипя, открывались ворота в иной мир. В тщетной попытке остаться здесь, Пилигрим сконцентрировал все внимание на расплывчатом пятне, украшавшим противоположную стену. Пятно с мелкими морщинками трещин, поползло на потолок. Там оно преобразилось в лицо древней старухи. Старуха приветливо улыбнулась Пилигриму и принялась сдирать морщинистую маску с лица.



- И, тут, такое началось! - сказал тускло блестящий череп, весьма довольный жизнью, он тоже улыбался, широко разевая редкозубый рот.



 



 



История девятая.



 


Перейти на страницу:

Похожие книги

Мизери
Мизери

От автора:Несколько лет назад, прочитав в блестящем переводе Сергея Ильина четыре романа Набокова американского периода ("Подлинная жизнь Себастьяна Найта", "Пнин", "Bend sinister" и "Бледное пламя"), я задумалась над одной весьма злободневной проблемой. Возможно ли, даже овладев в совершенстве чужим языком, предпочтя его родному по соображениям личного или (как хочется думать в случае с Набоковым) творческого характера, создать гармоничный и неуязвимый текст, являющийся носителем великой тайны — двух тайн — человеческой речи? Гармоничный и неуязвимый, то есть рассчитанный на потери при возможном переводе его на другой язык и в то же время не допускающий таких потерь. Эдакий "билингв", оборотень, отбрасывающий двойную тень на два материка планеты. Упомянутый мной перевод (повторяю: блестящий), казалось, говорил в пользу такой возможности. Вся густая прозрачная вязкая пленка русской набоковской прозы, так надежно укрывавшая от придирчивых глаз слабые тельца его юношеских романов, была перенесена русским мастером на изделие, существованием которого в будущем его первый создатель не мог не озаботиться, ставя свой рискованный эксперимент. Переводы Ильина столь органичны, что у неосведомленного читателя они могут вызвать подозрение в мистификации. А был ли Ильин? А не слишком ли проста его фамилия? Не сам ли Набоков перевел впрок свои последние романы? Не он ли автор подробнейших комментариев и составитель "словаря иностранных терминов", приложенного к изданию переводов трех еще "русских" — сюжетно — романов? Да ведь вот уже в "Бледном пламени", простившись с Россией живой и попытавшись воскресить ее в виде интернационального, лишенного пола идола, он словно хватает себя за руку: это писал не я! Я лишь комментатор и отчасти переводчик. Страшное, как вдумаешься, признание.

Галина Докса , Стивен Кинг

Проза / Роман, повесть / Фантастика / Повесть / Проза прочее