Подбородок Лары задрожал, и она сильно сжала челюсти, чтобы не всхлипывать. Она королева. Она воин. Но более того, она таракашка.

И она умирать не намерена.

* * *

Тянулись часы, солнце медленно двигалось по небу, передышку от палящего жара приносила только тень от позорного столба. Лара низко склонила голову, чтобы волосы скрывали лицо, и согнула руки, насколько могла, чтобы защитить их от солнца. Коленями и пальцами ног она постепенно рыла песок, чтобы засыпать голени, а бёдра старалась держать в тени туловища. Но спину или зад она не могла закрыть никак, и открытые участки кожи уже обгорели до волдырей. Новые шрамы в её коллекцию.

Как по часам, здоровяк приносил ей воду, и Лара жадно пила, размышляя о том, как убьёт его, как только освободится. Неважно, что она до сих пор не придумала, как сбежать из колодок.

Арена она не видела ни разу.

Она предположила, что он решил отдохнуть и, договорившись с торговцем, урвать несколько часов сна в прохладе под крышей. Но, несмотря на её собственное затруднительное положение, Лара ощутила огромное облегчение, когда Арен вернулся на рынок в обществе купца и двух его спутников. Они вместе отправились в таверну и сели за стол в тени здания.

Им вынесли бутылки янтарного ликёра и крошечные стаканчики, следом – тарелку засахаренных фиников, и вскоре все они пили и смеялись, как старые друзья. Веселее всех держался Арен. К ним присоединилось ещё больше народу, и вскоре посиделки превратились в настоящее сборище, Арен развлекал всех вымышленной историей о том, как он выжил в песчаной буре.

Время от времени кто-то из мужчин поднимался из-за стола, чтобы сходить к позорному столбу помочиться на песок. Лара отдёргивалась от отвратительных брызг, воображая в красках, как лишает каждого из этих подонков этого самого органа. Зловоние вокруг неё на жаре держалось почти невыносимое.

Солнце уже заметно опустилось, когда Арен решил последовать их примеру.

– Дела твои, кажется, плохи, – сообщил он, расстёгивая ремень. – Здесь крайне серьёзно относятся к воровству.

Скрипнув зубами от гнева, Лара подняла голову.

– Можешь принести мне пузырёк с ядом? У меня в плаще, он был привязан к седлу Джека.

Он вскинул обе брови.

– Этот?

В руке у него мелькнуло коричневое стекло и так же быстро исчезло в кармане.

– Арен…

– План интересный. – Он закончил и застегнул ремень. – Но я бы не советовал. Они хотят скормить твоё тело собакам. Придумай лучше что-нибудь ещё.

С этими словами он повернулся к своим спутникам.

– Прошу прощения, господа, я на минутку. Зайду внутрь поболтать вон с той красавицей у стойки.

Он исчез в здании и долгое время не появлялся. А вышел ещё более пьяным, чем до этого.

Арен не собирался ей помогать – то ли потому, что не хотел ставить под угрозу собственный побег, то ли считал, что она всё это заслужила. Не так важно. Лара была сама по себе.

Когда солнце превратилось в тоненькую полоску оранжевого, Арен с купцом и остальная компания поднялись и принялись прощаться, гогоча и хлопая собутыльников по плечам. Арен с трудом держался на ногах.

– Идиот, – пробормотала Лара. – Надеюсь, один глоток воды в день с похмельем тебе очень понравится.

– Говоришь сама с собой, красотка?

Это вернулся здоровяк. Он нагнулся и вылил ей в рот немного воды, а потом осторожно по кусочку скормил ей горбушку хлеба.

– Кушай-кушай, – пробубнил он, воняя перегаром. – Я хочу, чтобы солнце сожгло тебя до костей, а для этого нужно время.

Лара оскалила зубы, но он лишь хохотнул и выпрямился. И пьяно покачнулся, налёг всем своим весом на позорный столб. Деревянная рама скрипнула и сдвинулась, но он этого не заметил, отвлёкшись на то, чтобы добавить к лужам мочи вокруг Лары свою.

Застегнув пояс, здоровяк вновь прислонился к позорному столбу, песок под коленями Лары зашевелился.

– Ещё увидимся, красотка.

Лара дождалась, пока он присоединится к своим спутникам. И улыбнулась.

– Молись, что не увидимся.

34

Арен

– Сколько займёт дорога? – спросил Арен, нетвёрдо шагая за Тимином по дорожке к стойлам, где ждал караван.

Он был не совсем пьян, но и не трезв. Спиртное здесь пили крепкое, а лишения последнего времени сделали Арена гораздо менее устойчивым к выпивке. Если он собирался действовать по плану, ему нужен был более ясный ум.

– Неделю, – ответил Тимин и похлопал его по спине. – Возможно, дней десять. Куда ты дальше, дружище?

– На побережье. – Один из мальчиков-конюхов передал Арену поводья Джека. Верблюд вздёрнул губу, словно собрался кусаться, но решил, что Арен не стоит его усилий. – С меня хватило песка.

– У тебя там есть друзья? Родные не будут о тебе беспокоиться?

Арен еле удержался, чтобы не закатить глаза, так очевидна была подоплёка этих якобы хитрых расспросов, но ответил:

– Вся моя семья, слава Богу, осталась в Эренделле. Как раз будет время подумать над объяснением, как я умудрился потерять все их деньги. – Он громко рыгнул. – Пока выжду какое-то время, а потом и бури начнутся – удобный предлог, чтобы не возвращаться ещё годик.

Тимин рассмеялся и крикнул остальным выдвигаться в путь. Группа покинула городок и направилась на юг к Валькотте.