Читаем Укрощение строптивой полностью

В порядке все. Я список просмотрел.Послушайте: переплетите, и отдайте,И лишь любовные читайте книги,Чтоб чтением другим не занималась.Вы поняли меня? Помимо платы,Что будет вам давать синьор Баптиста,И я не поскуплюсь. Все эти книги,Тетрадки вы получше надушите,Затем, что та, что их рукой коснется,Духов душистей. Что читать начнете?
Люченцио
Возьму лишь то, что будет вам на пользу.Мой покровитель, смею вас уверить,Уж так за вас стою, как за себя.Мои слова дойдут, быть может, лучше,Коль сами вы не из больших ученых!
Гремио
Ученость – удивительная вещь!
Грумио (в сторону)
Кулак, как ты, – занятнейшая вещь!
Петручио
Умолкни.
Гортензио
Цыц, Грумио! Привет синьору Гремио.
Гремио
И я рад видеть вас, синьор Гортензио.Я, знаете ли, к Миноле иду.Взялся я подыскать им где-нибудьУчителя для несравненной Бьянки;И вот счастливый случай мне послалУченого и скромного мальца.Как на заказ: в поэзии начитанИ прочих книгах, верьте мне, хороших.
Гортензио
Мне тоже обещал один знакомыйНайти искуснейшего музыканта,Чтоб нашей госпоже преподавать.Как видите, и я не отстаюВ служенье Бьянке, столь любимой мною.
Гремио
Любимой мной, – дела мои докажут.
Грумио (в сторону)
Твой кошелек докажет.
Гортензио
Теперь не время хвастаться любовью.Коль выслушать хотите, я скажуВам новость, важную для нас обоих:Мне удалось тут встретить дворянина,Который добровольно нам на пользуПосвататься надумал к КатаринеИ – подойдет приданое – жениться.
Гремио
Исполнит, что сказал, так хорошо бы!Про недостатки вы ее сказали?
Петручио
Я знаю, что она сварлива, зла…Невелика беда, коль это только.
Гремио
Вот как? Прекрасно. Вы откуда родом?
Петручио
Я из Вероны. Мой отец – Антонио.Он умер. Я наследник, больше нет;А собираюсь жить я много лет.
Гремио
С такой женой едва ль возможно это.Но, если по зубам она вам, – с Богом:Во всем вам обещаю помогать.Решили кошку[8] взять?
Петручио
Решил я жить!
Грумио (в сторону)
Он женится на ней, не то – черт с нею!
Петручио
Зачем же и приехал я сюда?Меня шумком не очень запугаешь.Не слышал ли я в жизни льва рычанье?Не слышал, как море бушевало,Вспененное, как яростный кабан?Не слышал ли пальбу на бранном поле,Орудий тяжких грохот в небесах?Не слышал ли я, затаив дыханье,Тревогу, ржанье коней, звуки труб?А вы о женском крике говорите!Те выстрелы – что лопнувший каштан,Что на углях у мызника печется.Ребят пугайте букой!
Грумио
Он не струсит.
Гремио
Смотри, Гортензио!Мне кажется, он вовремя приехалИ для своей да и для нашей пользы.
Гортензио
Сказал я, что мы пайщиками будем, –Издержки свадебные все на нас.
Гремио
Перейти на страницу:

Похожие книги

Занимательные истории
Занимательные истории

В истории французской литературы XVII в. имя Таллемана де Рео занимает особое место. Оно довольно часто встречается и в современных ему мемуарах, и в исторических сочинениях, посвященных XVII в. Его «Занимательные истории», рисующие жизнь французского общества эпохи Генриха IV и Людовика XIII, наряду с другими мемуарами этого времени послужили источником для нескольких исторических романов эпохи французского романтизма, в частности, для «Трех мушкетеров» А. Дюма.Относясь несомненно к мемуарному жанру, «Занимательные истории» отличаются, однако, от мемуаров Ларошфуко, кардинала де Реца или Сен-Симона. То были люди, принадлежавшие к верхним слоям потомственной аристократии и непосредственно участвовавшие в событиях, которые они в исторической последовательности воспроизводили в своих воспоминаниях, стремясь подвести какие-то итоги, доказать справедливость своих взглядов, опровергнуть своих политических врагов.Таллеман де Рео был фигурой иного масштаба и иного социального облика. Выходец из буржуазных кругов, отказавшийся от какой-либо служебной карьеры, литератор, никогда не бывавший при дворе, Таллеман был связан дружескими отношениями с множеством самых различных людей своего времени. Наблюдательный и любопытный, он, по меткому выражению Сент-Бева, рожден был «анекдотистом». В своих воспоминаниях он воссоздавал не только то, что видел сам, но и то, что слышал от других, широко используя и предоставленные ему письменные источники, и изустные рассказы современников, и охотно фиксируя имевшие в то время хождение различного рода слухи и толки.«Занимательные истории» Таллемана де Рео являются ценным историческим источником, который не может обойти ни один ученый, занимающийся французской историей и литературой XVII в.; недаром в знаменитом французском словаре «Большой Ларусс» ссылки на Таллемана встречаются почти в каждой статье, касающейся этой эпохи.Написанная в конце семнадцатого столетия, открытая в начале девятнадцатого, но по-настоящему оцененная лишь в середине двадцатого, книга Таллемана в наши дни стала предметом подлинного научного изучения — не только как исторический, но и как литературный памятник.

Жедеон Таллеман де Рео , Рео Жедеон де Таллеман

Биографии и Мемуары / Европейская старинная литература / Документальное / Древние книги