Читаем Страна мальборо (СИ) полностью


Потом появилась она. Я не знаю, кем она была, то ли Смертью, то ли Любовью, но все перевернулось. Сейчас, когда я оглядываюсь на тот самый бредовый отрезок, то понимаю, насколько плохо я знал самого себя. Моя жизнь с её появлением не стала счастливее или радужнее, скорее наоборот, печаль навсегда стала моей постоянной спутницей. Мир вокруг стал еще мрачнее и суровее и стараясь не отставать от него, я научился быть жестоким, злым и равнодушным к страданиям других.



Я уходил от неё, прятался в многочисленных зданиях большого города, но проходило совсем немного времени и я затосковав, отправлялся на её поиски. Всегда находил, она от меня не пряталась и не скрывалась и в то же время, не хотела встречаться со мной, быть моей.



Я научился подавлять все мысли связанные с ней, научился её не замечать, как она не замечала меня и прятался теперь от неё в глубинах собственного подсознания, находясь всегда в поле её зрения. Мне казалось, что она навсегда теперь забыта мной, но как глубоко я ошибался.



Кстати, как бы между прочим, в том моем сне, про название книги, книг на самом деле было две! Первая и вторая части "Особенности половой жизни красных носорогов в преддверии смерти", так что есть все предпосылки написать продолжение! Тогда, уважаемый читатель, до нашей следующей маловероятной встречи!



 



 



История вторая.



Часть 2



 



Пилигрим дочитал последние строки и медленно отложил книгу в сторону и откинув голову на спинку кресла закрыл глаза.



- До встречи! - шевельнулись его губы.



Немного дав отдохнуть уставшим глазам, он вновь открыл их и осмотрел комнату. Комната изменилась, она стала меньше, от прежнего блеска не осталось и следа, все вокруг стало каким-то пыльным и потертым временем.



Шлепая босыми ногами по паркету появилась хозяйка дома. Изменения коснулись и её. Нет, она не постарела, красота лица и плавные движения остались прежними, все та же упругая кожа, все как и было, но её глаза стали старше. В этот раз на ней были узкие синие джинсы и легкая голубая рубашка.



- Дочитал?



Пилигрим молча кивнул головой, пристально вглядываясь в её глаза.



- Ну и как? - девушка уселась ему на колени и прижавшись всем телом, положила голову на его плечо, немного покрутилась, устраиваясь поудобнее, потом затихла.



- Я воздержусь от комментариев!


Перейти на страницу:

Похожие книги

Мизери
Мизери

От автора:Несколько лет назад, прочитав в блестящем переводе Сергея Ильина четыре романа Набокова американского периода ("Подлинная жизнь Себастьяна Найта", "Пнин", "Bend sinister" и "Бледное пламя"), я задумалась над одной весьма злободневной проблемой. Возможно ли, даже овладев в совершенстве чужим языком, предпочтя его родному по соображениям личного или (как хочется думать в случае с Набоковым) творческого характера, создать гармоничный и неуязвимый текст, являющийся носителем великой тайны — двух тайн — человеческой речи? Гармоничный и неуязвимый, то есть рассчитанный на потери при возможном переводе его на другой язык и в то же время не допускающий таких потерь. Эдакий "билингв", оборотень, отбрасывающий двойную тень на два материка планеты. Упомянутый мной перевод (повторяю: блестящий), казалось, говорил в пользу такой возможности. Вся густая прозрачная вязкая пленка русской набоковской прозы, так надежно укрывавшая от придирчивых глаз слабые тельца его юношеских романов, была перенесена русским мастером на изделие, существованием которого в будущем его первый создатель не мог не озаботиться, ставя свой рискованный эксперимент. Переводы Ильина столь органичны, что у неосведомленного читателя они могут вызвать подозрение в мистификации. А был ли Ильин? А не слишком ли проста его фамилия? Не сам ли Набоков перевел впрок свои последние романы? Не он ли автор подробнейших комментариев и составитель "словаря иностранных терминов", приложенного к изданию переводов трех еще "русских" — сюжетно — романов? Да ведь вот уже в "Бледном пламени", простившись с Россией живой и попытавшись воскресить ее в виде интернационального, лишенного пола идола, он словно хватает себя за руку: это писал не я! Я лишь комментатор и отчасти переводчик. Страшное, как вдумаешься, признание.

Галина Докса , Стивен Кинг

Проза / Роман, повесть / Фантастика / Повесть / Проза прочее