Читаем Страна мальборо (СИ) полностью


Встав с кресла я подошел к полке с книгами и взял что-то неопределенно-замысловатое в твердом переплете. Карлик подбежал сзади и обхватив меня за ноги своими тоненькими ручонками попытался поднять.



- Я сильный, у меня руки крепкие! - пропищал он.



Приступ бешенства захлестнул все мое сознание полностью. Шея этой гадости напоминала стебелек одуванчика на котором из стороны в сторону плавно покачивалась уродливо-большая голова. Рука сама потянулась к его шее и до хруста сжала её. Немного оторвав от пола тщедушное тело, я несколько раз тряхнул им в воздухе. Голова, жалобно скрипнув шейными позвонками, отделилась от туловища и подпрыгивая, как футбольный мяч, покатилась. Хлынула темно-красная, почти черная, кровь, хотя мне казалось, что она у него будет какого угодно цвета, но только не красная.



Голова прекратила свое движение и остановилась, всматриваясь в меня мертвыми глазами и скалясь редкозубой тупой усмешкой. Не обращая внимания на этот уродливый мячик, я методично ломал руки и ноги этой твари. Поранившись об острый обломок кости, решил упростить всё это дело. Отыскав на кухне мясорубку, я отправился в туалет, где и установил её на унитазе.



Недоразвитые пальцы хрустнули божественной музыкой и дело пошло. Сочащийся теплой кровью фарш исправно падал в отхожее место. Кости были до того хрупкими, что мышцам правой руки даже не приходилось особенно напрягаться. Что-то очередное, чавкнув под ножом мясорубки посылало вверх брызги, остающиеся кровавыми потеками на белоснежном кафеле сортира. Что-то, что хорошо известно хирургам и патологоанатомам вываливалось из брюшной полости, а я же, простой серый обыватель не имея ни малейшего представления о некоторых сгустках плоти, кровоточащих и скользящих в руках, просто заталкивал все это в железный агрегат, вращая ручку.



Ну, вот и все. Гора мелко перемолотого мяса высилась над унитазом. Протянув свою ладонь, я с превеликим удовольствием пожал руку старому другу. Зашумел бачок, спускающий воду, что-то засвистело, зашипело и с плеском провалилось в канализацию.



Я убрал все следы своей бурной деятельности и отправился в душ, смывать пятна крови с одежды и тела.



После всего я вспомнил о черепе, но он куда-то подевался. Немного поискав его и обшарив все близлежащие территории, так и не найдя его, отправился спать. Уж слишком утомительным был этот день.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Мизери
Мизери

От автора:Несколько лет назад, прочитав в блестящем переводе Сергея Ильина четыре романа Набокова американского периода ("Подлинная жизнь Себастьяна Найта", "Пнин", "Bend sinister" и "Бледное пламя"), я задумалась над одной весьма злободневной проблемой. Возможно ли, даже овладев в совершенстве чужим языком, предпочтя его родному по соображениям личного или (как хочется думать в случае с Набоковым) творческого характера, создать гармоничный и неуязвимый текст, являющийся носителем великой тайны — двух тайн — человеческой речи? Гармоничный и неуязвимый, то есть рассчитанный на потери при возможном переводе его на другой язык и в то же время не допускающий таких потерь. Эдакий "билингв", оборотень, отбрасывающий двойную тень на два материка планеты. Упомянутый мной перевод (повторяю: блестящий), казалось, говорил в пользу такой возможности. Вся густая прозрачная вязкая пленка русской набоковской прозы, так надежно укрывавшая от придирчивых глаз слабые тельца его юношеских романов, была перенесена русским мастером на изделие, существованием которого в будущем его первый создатель не мог не озаботиться, ставя свой рискованный эксперимент. Переводы Ильина столь органичны, что у неосведомленного читателя они могут вызвать подозрение в мистификации. А был ли Ильин? А не слишком ли проста его фамилия? Не сам ли Набоков перевел впрок свои последние романы? Не он ли автор подробнейших комментариев и составитель "словаря иностранных терминов", приложенного к изданию переводов трех еще "русских" — сюжетно — романов? Да ведь вот уже в "Бледном пламени", простившись с Россией живой и попытавшись воскресить ее в виде интернационального, лишенного пола идола, он словно хватает себя за руку: это писал не я! Я лишь комментатор и отчасти переводчик. Страшное, как вдумаешься, признание.

Галина Докса , Стивен Кинг

Проза / Роман, повесть / Фантастика / Повесть / Проза прочее