Читаем Против ересей полностью

14. Это яснее видно из Послания Апостолов, которое они отправили не к иудеям и не к эллинам, но к уверовавшим во Христа из язычников. Ибо когда некоторые из иудеи пришли в Антиохию, в которой также прежде всех ученики Господа по вере во Христа стали называться христианами, и убеждали уверовавших в Господа обрезываться и исполнять прочие постановления закона, и Павел и Варнава по этому вопросу пришли в Иерусалим к прочим апостолам и вся Церковь собралась вместе, то Петр сказал им: Мужи братия! вы знаете, что Бог от дней древних избрал из вас [20], чтобы из уст моих язычники услышали Слово Евангелия и уверовали; и сердцеведец Бог дал им свидетельство, даровав им Духа Святого, как и нам, и не положил никакого различия между нами и ими, очищая верою сердца их. Что же вы ныне искушаете Бога, чтобы возложить на выю учеников иго, которого не могли понести ни отцы наши, ни мы. Но мы веруем, что благодатию Господа нашего Иисуса Христа можем спастись, как и они (Деян. 15, 7–11). После него Иаков сказал: Мужи братия! Симон изъяснил, как Бог решил взять из язычников народ во имя Свое. И таким образом [21] согласны слова пророков, как написано: потом обращусь и воссоздам скинию Давидову падшую и то, что в ней разрушено, создам и воздвигну ее, чтобы взыскали Господа прочие человеки и все народы, между которыми призвано имя Мое, говорит Господь, творящий cиe (Ам. 11, 11, 12) [22]. Ведомо Богу от вечности дело Его [23]. Поэтому я, с своей стороны, полагаю не затруднять обращающихся к Богу из язычников, но заповедать им воздерживаться им от сует идольских [24], от блуда и от крови, и не делать другим того, чего не хотят себе (Деян. 15, 14–20). И после того, как это было сказано и все согласились, они написали им так: Апостолы и пресвитеры (и) братия находящимся в Антиохии, Сирии и Киликии братиям из язычников приветствие. Поелику мы услышали, что некоторые вышедшие от нас смутили вас речами, сокрушая ваши души, говоря, что вы должны обрезываться и соблюдать закон, чего мы им не повелевали; то мы собравшись согласно рассудили послать к вам избранных мужей с возлюбленными нашими Варнавою и Павлом, людьми, предавшими души свои за имя Господа нашего Иисуса Христа. Итак, мы послали Иуду и Силу, которые изъяснят вам наше мнение словесно. Ибо угодно Духу Святому и нам, не возлагать на вас никакого бремени более, кроме сего необходимого: воздерживайтесь от идоложертвенного и крови и блуда, и не делайте другим того, чего себе не хотите; от чего соблюдая себя, вы будете делать хорошо, ходя в Духе Святом (Деян. 15, 23–29). Из всего этого очевидно, что они не учили о бытии другого Бога, но дали новый завет свободы тем, которые недавно уверовали в Бога чрез Духа Святого. И тем, что они исследовали, должно или нет обрезывать учеников, они ясно показали, что не имели понятия о другом Боге.

15. Они в этом случае не имели бы такого страха относительно первого Завета, чтобы даже не хотеть есть вместе с язычниками. Ибо и Петр, хотя был послан для наставления их и побужден к тому видением, однако с великим страхом говорил к ним так: Вы знаете, что иудею возбранено сообщаться или сходиться с иноплеменником, но мне Бог открыл, чтоб я не почитал ни одного человека скверным или нечистым; посему я пришел беспрекословно (Деян. 10, 28, 29), показывая сими словами, что он не отправился бы к ним, если бы не было ему повелено. Точно также он не дал бы им крещения так легко, если бы не слышал, что они пророчествуют, так как Дух Святый почил на них. И поэтому он сказал: кто может запретить креститься водою тем, которые получили Духа Святого, как и мы (Деян. 10, 47)? — внушая бывшим с ним и показывая, что если бы Дух Святый не почил на них, то кто-нибудь мог бы возбранить им крещение. И бывшие с Иаковом Апостолы дозволили язычникам действовать свободно, предоставляя нас Духу Божию. Сами же, зная того же Бога, держались прежних обычаев, так что и Петр, боясь подвергнуться упреку от них, хотя прежде ел с язычниками ради видения и Духа, на них почившего, однако отделился от них и не ел с ними, когда некоторые люди пришли от Иакова; то же самое делал, по словам Павла (Гал. 2, 12, 13), и Варнава. Таким образом, Апостолы, коих Господь сделал свидетелями всей деятельности (Своей) и всего учения, — ибо повсюду вместе с Ним оказываются Петр, Иаков и Иоанн, — благоговейно поступали в отношении к распоряжению закона Моисеева, показывая, что он произошел от одного и того же Бога. А сего они не сделали бы, как я уже сказал, если бы они были научены от Господа, что есть другой отец, кроме Того, Кто установил закон.

 


[1] Св. Златоуст в своем списке Деяний также читал: «слова мои, вместо: «слова сии». (Бесед. на Деян. VI).

[2] Здесь не достает слова: αβοντες (взявши), как нет его ни в кодексе Александр., ни в переводах латинском и арабском. Грабе.

[3] Чтение: «ада» вм. «смерти» встречается у Св. Поликарпа (в поcл. к Филипп. I), у Епифания (см. Апс. 34), в Вульгате и Сирском переводе.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Exemplar
Exemplar

Генрих Сузо (1295/1297—1366) — воспитанник, последователь, апологет, но отчасти и критик своего учителя Майстера Экхарта (произведения которого уже вышли в серии «Литературные памятники»), суровый аскет, пламенный экстатик, проповедник и духовник женских монастырей, приобретший широкую известность у отечественного читателя как один из главных персонажей знаменитой книги И. Хёйзинги «Осень Средневековья», входит, наряду со своим кёльнским наставником Экхартом и другом Иоанном Таулером (сочинения которого еще ждут своего академического представления российской аудитории), в тройку великих мистиков позднесредневековой Германии и родоначальников ее философии. Неоплатоновская теология Экхарта в редакции Г. Сузо вплотную приблизилась к богословию византийских паламитов XIV в. и составила его западноевропейский аналог. Вот почему творчество констанцского харизматика несомненно окажется востребованным отечественной религиозной мыслью, воспитанной на трудах В. Лосского и прот. И. Мейендорфа, а его искания в контексте поиска современных форм духовной жизни, не причастных церковному официозу и альтернативных ему, будут восприняты как свежие и актуальные.Творения Г. Сузо не могут оставить равнодушными и в другом отношении. Прежде всего это автобиография нашего героя — «Vita», первая в немецкой литературе, представляющая собой подлинную энциклопедию жизни средневековой Германии: кровавая, откровенно изуверская аскеза, радикальные способы «подражания Христу» (умерщвление плоти, самобичевание) и экстатические созерцания; простонародные обычаи, празднества, чумные эпидемии, поклонение мощам и вера в чудеса, принимающие форму массового ажиотажа; предметная культура того времени и сцены повседневного быта социальных сословий — вся эта исполненная страстей и интеллектуальных борений картина открывается российскому читателю во всей ее многоплановости и противоречивости. Здесь и история монастырской жизни, и захватывающие катехизаторские путешествия Служителя — литературного образа Г. Сузо, — попадающего в руки разбойников либо в гущу разъяренной, скорой на расправу толпы, тонущего в бурных водах Рейна, оклеветанного ближайшими духовными чадами и преследуемого феодалами, поклявшимися предать его смертельной расправе.Издание включает в себя все немецкоязычные сочинения Г. Сузо — как вошедшие, так и не вошедшие в подготовленный им авторский сборник — «Exemplar». К первой группе относятся автобиография «Vita», «Книжица Вечной Премудрости», написанная в традициях духовного диалога, «Книжица Истины» — сумма и апология экхартовского богословия, и «Книжица писем» — своего рода эпистолярный компендиум. Вторую группу составляют «Большая книга писем», адресованных разным лицам и впоследствии собранных духовной дочерью Г. Сузо доминиканкой Э. Штагель, четыре проповеди, авторство двух из которых считается окончательно не установленным, а также медитативный трактат Псевдо-Сузо «Книжица Любви». Единственное латинское произведение констанцского мистика, «Часослов Премудрости», представлено рядом параллельных мест (всего более 120) к «Книжице Вечной Премудрости» — краткой редакции этого часослова, включенной в «Exemplar». Перевод сопровожден развернутыми примечаниями и двумя статьями, посвященными как творчеству Г. Сузо в целом, так и его «Часослову Премудрости» в частности.

Генрих Сузо

Религия, религиозная литература
Афонские рассказы
Афонские рассказы

«Вообще-то к жизни трудно привыкнуть. Можно привыкнуть к порядку и беспорядку, к счастью и страданию, к монашеству и браку, ко множеству вещей и их отсутствию, к плохим и хорошим людям, к роскоши и простоте, к праведности и нечестивости, к молитве и празднословию, к добру и ко злу. Короче говоря, человек такое существо, что привыкает буквально ко всему, кроме самой жизни».В непринужденной манере, лишенной елея и поучений, Сергей Сенькин, не понаслышке знающий, чем живут монахи и подвижники, рассказывает о «своем» Афоне. Об этой уникальной «монашеской республике», некоем сообществе святых и праведников, нерадивых монахов, паломников, рабочих, праздношатающихся верхоглядов и ищущих истину, добровольных нищих и даже воров и преступников, которое открывается с неожиданной стороны и оставляет по прочтении светлое чувство сопричастности древней и глубокой монашеской традиции.Наполненная любовью и тонким знанием быта святогорцев, книга будет интересна и воцерковленному читателю, и только начинающему интересоваться православием неофиту.

Станислав Леонидович Сенькин

Проза / Религия, религиозная литература / Проза прочее