Читаем Принц Модильяни полностью

В эти три месяца, как только представлялась возможность, он закрывался на пыльном складе, ваял и делал рисунки, наброски, фантазировал. Мир безграничен, но для некоторых людей наибольший простор заключается в них самих. Есть исследователи мира, а есть исследователи своей души. Для Дедо белизна листа или бесформенная масса камня представляют собой все то лучшее, что может выразить жизнь.

Теперь уже очевидно, что здесь, в Ливорно, он несчастен. Это провинциальный город, и, кроме своей семьи, ему не с кем тут общаться. После того как Оскар уехал, здесь не осталось никого, кто бы мог его выслушать. Старые друзья кажутся ему чужими, но что еще хуже – им кажется чужим он сам. Опыт жизни во Франции выставляет его в дурном свете перед ровесниками: он говорит о вещах, которые им неизвестны и которые они не могут понять или представить. Раньше он чувствовал себя другим из-за болезни; теперь к ней добавился новый опыт, который отдаляет его от прежних товарищей с точки зрения культурного развития. Он показал им свои работы, те, что создал в Ливорно, – но в результате встретил лишь непонимание с их стороны. Между ними даже произошла ссора, которая привела к драке. Дедо признался мне, что он настолько страдал из-за этого, что решил выбросить свои скульптуры в канал. Все работы были уничтожены! А ведь это был тяжелый труд. Получается, он зря провел столько времени среди пыли, изнуряя себя, чтобы потом все выбросить из-за людей, которых больше никогда не увидит.

Со мной он тоже стал другим. В эти месяцы мы разговаривали, но не так, как раньше. Ему уже недостаточно меня. Он больше не может рассказывать мне обо всем, у него больше нет желания рассказывать мне о своем изумлении. Он рад поделиться своими мыслями, но, пожалуй, не готов разделять со мной свой внутренний мир. Возможно, он бы чувствовал себя неловко, если бы рассказывал мне все, что испытывает. Мне больно это говорить, но в эти три месяца он словно был не здесь.