Читаем Предавшая королева полностью

Она отложила куклу и встала. В полный рост императрица оказалась выше Лары, худой и жилистой, что добавляло правдоподобия легенде о том, что некогда она сама была грозной воительницей. Она сохранила красоту, её возраст выдавали только небольшие морщины у глаз и поднимающиеся над головой жёсткие седые кудри, перевитые золотой сеткой, на которой сверкали десятки аметистов. Императрица носила широкие шаровары, короткую блузку из золотого шёлка и пояс, обильно украшенный богатой вышивкой и драгоценными камнями. Золотые браслеты закрывали обе руки до локтей, в ушах виднелись золотые каффы с самоцветами, а на шее сверкало затейливое золотое ожерелье. Удивительно, как она умудрялась стоять под тяжестью всего этого металла, – но она носила его так, словно он был лёгок как пёрышко.

– Ваше Императорское Величество, – произнёс Арен, низко наклоняя голову, – высокая честь для меня – встретиться с вами лично.

– Высокая честь или насущная нужда? – переспросила императрица, мерной поступью обходя Арена кругом. Её босые ноги беззвучно ступали по мозаичному полу. Из всех правителей, кого ей доводилось встречать, подумала Лара, императрица больше всего походила на царственную особу.

– Разве не может быть и то и другое?

Императрица поджала губы и неопределённо хмыкнула вместо ответа.

– Ради вашей матери, которая была нам дражайшей подругой, мы рады видеть вас живым. Но мы сами? – В её голосе лязгнула сталь. – Мы не забываем, как вы наплевали на нашу дружбу.

Лара напряжённо застыла. Как же ей хотелось, чтобы у неё было оружие. Привести сюда Арена и так было рискованно, но она считала, что императрица слишком благородна, чтобы причинить ему какой-либо вред, кроме отказа в помощи Итикане. Но что, если она ошиблась? Сможет ли она вытащить его? Можно ли вообще отсюда сбежать?

Огромный солдат у стены заметил её движение и приблизился, его карие глаза пристально изучали её, справедливо определяя как угрозу. Арен ни за что не стал бы нападать на императрицу, но Лару от этого ничто не останавливало.

Арен также не проявлял никаких признаков волнения. Потирая подбородок, он внимательно разглядывал императрицу.

– Вы говорите, что моя мать была вашей дражайшей подругой, однако именно она предложила заключить Пятнадцатилетний Договор между Итиканой, Эренделлом и Маридриной, включая положение о династических браках. Она заключила союз с вашим злейшим врагом, и за это вы не держали на неё зла. Но всё же когда я исполнил её волю, я потерял ваше расположение.

Императрица остановилась перед Ареном, её лицо ничего не выражало, тёмно-карие глаза были непроницаемы.

– У вашей матери не было выбора. Итикана голодала. И договор в том виде, в каком она его подписала, ничем не угрожал Валькотте. А те условия, на которые вы согласились пятнадцать лет спустя, дорого нам обошлись. – Она ткнула в него пальцем. – Сталь, которой убивают моих солдат, поставляли по мосту Итиканы.

Лара знала, что Арен ненавидел эти торговые условия. Что хотел бы снабжать Маридрину чем угодно, кроме оружия. Но её отец не оставил ему возможности отказаться.

Но вместо того чтобы использовать этот аргумент, Арен медленно покачал головой.

– Сталь поставлял Эренделл, а Маридрина уже ввозила её на кораблях. Это стоило им меньше, да, но утверждать, что они получили большое преимущество над вашими солдатами – заблуждение. А также у Валькотты возникла уникальная возможность не давать Сайласу забрать его драгоценный заграничный товар в течение большей части года, так что можно предположить, что эти условия работали в вашу пользу.

И это действительно было так, хотя такая мысль ни разу не приходила Ларе в голову. До договора сталь доставляли на кораблях из Эренделла и Амарида – и Валькотта не могла атаковать их, не рискуя подвергнуться ответным мерам со стороны этих стран. Но согласно новым условиям вся сталь прибывала через мост и дожидалась в Южном Дозоре, пока её заберут маридринские суда – маридринские суда, которые Валькотта без колебаний могла потопить.

– Вся возможная польза мгновенно исчезла, когда вы обратили катапульты против моего флота, – парировала императрица. – Сперва вы предпочли союз с Маридриной дружбе с Валькоттой, а теперь явились плакаться на то, что ваш союзник – крыса.

Арен покачал головой ещё раз.

– Вы поставили Итикану в такое положение, где все пути вели к войне, а когда я предложил вам возможность решить дело мирно, отказались.

– Выбора не было, – всплеснула руками императрица. – Если бы мы сняли блокаду, Маридрина получила бы то, что хотела, без боя. Больше стали, чтобы воевать с Валькоттой. Кроме того, было ясно, что мир – последнее, чего хочет Сайлас. Особенно мир с Итиканой.

Лара задержала дыхание, ожидая реакции Арена на это заявление. Ожидая, что он не выдержит и вспылит. Но он сказал лишь:

– Если вы предвидели, что произойдёт, и ничего не сказали, какой же вы друг?

– Видя лишь облака в небе, трудно предсказать, в какое место ударит молния.

Арен лишь взялся за подбородок и задумчиво постучал по губам указательным пальцем.

Затянувшуюся паузу, к удивлению Лары, прервала императрица: