– Серин не мог физически причинять мне вред, поэтому заставлял меня смотреть, как он пытает других итиканцев, захваченных в плен. А когда он прекращал задавать свои проклятые вопросы о том, как пробить защиту Эранала, то рассказывал, что делал с тобой и твоими сёстрами. И что заставлял вас делать друг с другом.

Лара почувствовала, как кровь отхлынула от её лица, и отвернулась.

– В лагере нас было не двенадцать. Туда привезли двадцать девочек. Две умерли от болезни. Четыре погибли во время боевой подготовки, одна – из-за несчастного случая. Но была ещё одна… Её звали Алина, и она не хотела играть в игры Серина. Отказывалась раз за разом. Потом однажды она пропала. – Лара с усилием сглотнула. – Не думаю, что она сбежала.

Арен медленно склонил голову.

– Особенно ему нравилось рассказывать мне, что он с тобой сделает, когда тебя поймают. Он подстраивал обманные трюки, чтобы я поверил, что ты у них. И я был в ужасе, потому что знал, что если они однажды добьются успеха, я выдам им всё, что они хотят знать.

Внутри у Лары возникла тупая боль. Из-за того, что пришлось перенести Арену, а также из-за того, что Серин нашёл способ использовать её против него.

– Когда-нибудь он получит то, чего заслуживает, я обещаю.

– Не уверен, что это что-то изменит.

Чтобы сделать разговор менее напряжённым, она спросила:

– Мой брат – какой он?

Арен раздражённо выдохнул.

– Он просто ужасен. Терпеть его не могу.

– Я не спрашивала, что ты о нём думаешь. Я спросила, какой он.

– Он хитрожопый умник и очень высокого мнения о своём интеллекте.

– Он правда умён?

Арен неохотно кивнул.

– Да. Но он… нет, трудно определить. Он утверждает, что корона ему нужна лишь потому, что в противном случае его ждёт могила рядом с братьями, но я не уверен. Твой отец презирает его за то, что он не соответствует придуманному образу идеального наследника, но Керис не идёт на уступки, только провоцирует его. – Арен нахмурился и устремил взгляд на потрескавшийся каменный пол под ногами. – Он готов рисковать жизнью, чтобы придерживаться определённых принципов, но говорит о себе так, как будто он трус. Я его не понимаю.

– Не доверяй ему, Арен. Он помог сбежать тебе и той женщине из Валькотты лишь оттого, что поддержка Эранала поможет ему достичь его собственных целей.

– Я думаю, что всё гораздо сложнее, – ответил Арен. Затем полез в её коробку с сокровищами и вытянул последний предмет. – Что это?

– Яд.

– Большинство девушек хранят в таких коробках любовные письма, а ты – орудие убийства.

Лара ответила ему горьким смехом.

– Этот яд я использовала, чтобы инсценировать смерти своих сестёр. Мой авторский состав. Одна лишняя капля – и ты мёртв, так что не лезь больше ногами в мою питьевую воду.

– Принято.

Лара поднялась на ноги и засунула в карман плаща пузырёк вместе с ожерельем.

– Идём. Солнце садится, нам пора выдвигаться в путь.

31

Лара

Не давить на него чересчур, в тысячный раз подумала Лара и искоса взглянула в сторону, где Арен устало брёл по песку, сгорбившись, по его лицу плясали тени от её фонаря.

Они шли целую неделю и всё же до сих пор не достигли ближайшего оазиса у заставы Джерин.

Она не учла тех потерь, которые Арен понёс в плену морально и физически. Арен, которого она знала в Итикане, был здоров настолько, насколько это вообще возможно для мужчины, и мог без колебаний выдерживать непомерные нагрузки целыми днями, а то и неделями. Но всё время заключения он провёл в кандалах, проходя не больше, чем расстояние между его комнатами и двором дворца, и сидячий образ жизни настолько противоречил его сущности, что удивительно, как он не сошёл с ума.

Если бы они могли ехать вдоль побережья, как предполагал её план, с ним всё было бы в порядке – или хотя бы достаточно хорошо, чтобы не беспокоиться. Но путешествие по Красной Пустыне – это совершенно иное дело. Совершенно иное зло.

Арен испытывал на себе жару, но не такую. И Лара сомневалась, что он когда-либо обходился без воды дольше нескольких часов. Зачем бы ему, если с небес Итиканы проливалось больше воды, чем по силам выпить человеку? Даже истинный голод был ему чужд, так как на островах было полно съестного, если знать, где искать. Поэтому его народ выживал, даже будучи отрезанным от моста, как сейчас.

При мысли об итиканцах Лара в отчаянии стиснула зубы. Они с Ареном уже отставали от условленного времени, хотя не могли себе этого позволить. Скоро начнётся сезон затишья – то, что когда-то называлось Приливами Войны, – и это означало, что у них было всё меньше времени, чтобы заручиться помощью Валькотты и изгнать Маридрину. Любые дальнейшие задержки – и они упустят свой шанс, поскольку атаковать в разгар сезона бурь станет невозможно. Даже если её отец потеряет поддержку амаридского флота, те, кто сейчас в Эранале, вряд ли переживут ещё один сезон бурь без моста.

В этот момент Арен споткнулся, чуть не упал, и у Лары защемило сердце. Потянув верблюда за повод, пока он не остановился, она сказала Арену:

– Влезай, проедешь немного верхом.

– Ни за что.