Читаем Одиннадцатый дневник полностью

* * *

А ждал ли буйный славянин,круша устои и традиции,что с ним сольётся жидовин,вдруг набежавший из провинции?

* * *

Время расширяет нам пространствои его сжимает равнодушно:то вдыхаешь воздух сладострастно,то внезапно делается душно.

* * *

Я до сих пор не знаю, право,никак не варит голова:что мне полезно, что – отрава,а что пустая трын-трава.

* * *

Когда, с родными распростясь,укроюсь я в стене,то вся земная боль и грязьостанутся вовне.

* * *

К истине, добру и справедливостисгинуло души моей пылание:мир стоит на глупости и лживости,третья черепаха – жить желание.

* * *

Жизнь моя была шероховата,старость – это отдых и награда;тут национальность виновата —вечно я встревал куда не надо.

* * *

Пусть никакой я не учёный,но слышу я, чем дышат люди:кипит наш разум помрачённый,и лишь война его остудит.

* * *

По жизни счастлив я вполне,в недугах нет пока излишка,и не хватает только мнебылой подвижности умишка.

* * *

Я был растяпа, шалопай,нередко вёл себя порочно,зато судьбы моей трамвайраспознавал довольно точно.

* * *

Я проникся духом этих мест:чаще поминаю всуе Бога;надо жить, пока не надоест,а потом останется немного.

* * *

Рябой палач с собой принёсне только пулю и топор,он погрузил страну в гипноз,который виден до сих пор.

* * *

С утра я снова сяду за бумагу —писать ли, править – это всё равно;а вечером я пью хмельную влагу,смотря вполглаза старое кино.

* * *

Есть каждый день такое время,такая дивная пора —когда я сплю, и жизни бремяс меня спадает до утра.

* * *

Сражён был я стрелой Амуранемало раз – везло барану,но всякий раз девица-дурасоль сыпала на эту рану.

* * *

Когда всё время тяжко и тревожно —пускай моё мышление убого,однако утешаюсь я не сложно:в дальнейшем будет хуже и намного.

* * *

Скоро мы расстанемся с душой,и обоим это будет мило:ей был я приятель не большой,ибо она вечно тихо ныла.

* * *

Не трогаю ни молодость, ни зрелость,хоть цело ещё внутреннее зрение,но есть уже мучительная смелостьрассматривать текущее старение.

* * *

Есть авторы без тени предрассудков,и люди они вроде бы культурные,но всё их содержимое желудковуносит не в сортир, а в тексты бурные.

* * *

Мне снился сон: я вдруг помолодел,мои одёжки строги и приличны,гуляю, никаких не помня дел,и встречные девчонки симпатичны.

* * *

Повсюдное сегодня беснование,текущее от беса одного,хотя не красит нам существование,но делает забавнее его.

* * *

Я написал бы про эпоху,где правят балом обормоты,но одинаково мне похуйи промахи её, и взлёты.

* * *

Тоска придёт из ниоткуда,и в темень душу опрокинет,и станет жить, как гость-зануда,пока сама собой не сгинет.

* * *

Перейти на страницу:

Все книги серии Проза и гарики

Похожие книги

Монады
Монады

«Монады» – один из пяти томов «неполного собрания сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), ярчайшего представителя поэтического андеграунда 1970–1980-x и художественного лидера актуального искусства в 1990–2000-е, основоположника концептуализма в литературе, лауреата множества международных литературных премий. Не только поэт, романист, драматург, но и художник, акционист, теоретик искусства – Пригов не зря предпочитал ироническое самоопределение «деятель культуры». Охватывая творчество Пригова с середины 1970-х до его посмертно опубликованного романа «Катя китайская», том включает как уже классические тексты, так и новые публикации из оставшегося после смерти Пригова громадного архива.Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия / Стихи и поэзия
Дон Жуан
Дон Жуан

«Дон-Жуан» — итоговое произведение великого английского поэта Байрона с уникальным для него — не «байроническим»! — героем. На смену одиноким страдальцам наподобие Чайльд-Гарольда приходит беззаботный повеса, влекомый собственными страстями. Они заносят его и в гарем, и в войска под командованием Суворова, и ко двору Екатерины II… «В разнообразии тем подобный самому Шекспиру (с этим согласятся люди, читавшие его "Дон-Жуана"), — писал Вальтер Скотт о Байроне, — он охватывал все стороны человеческой жизни… Ни "Чайльд-Гарольд", ни прекрасные ранние поэмы Байрона не содержат поэтических отрывков более восхитительных, чем те, какие разбросаны в песнях "Дон-Жуана"…»

Джордж Гордон Байрон , Алессандро Барикко , Алексей Константинович Толстой , Эрнст Теодор Гофман , (Джордж Гордон Байрон

Проза для детей / Поэзия / Проза / Классическая проза / Современная проза / Детская проза / Стихи и поэзия