Читаем Наследие войны полностью

-Проводил какую-то дурацкую инспекцию безопасности, чтобы обезопасить нас от Мау-Мау. Как будто мне нужна лекция от этого толстого шута. - Леон помолчал, не желая рассказывать Шафран самое худшее, потом сказал: - С ним был человек, сказал, что его зовут Питерс, какой-то журналист. Леон поморщился от разочарования, злясь на себя, и добавил: - Черт возьми! Я знал, что в нем есть что-то подозрительное. Но этот мерзавец Де Ланси отвлек меня.

- ‘Лойян, - сказал Герхард, - пожалуйста, отведи детей поиграть на улицу. Нам нужно поговорить наедине.

- Теперь мы можем получить наш шиллинг, пожалуйста? - спросил Зандер. - Дядя Конни оставил по бумажке для Лойян, Кики и меня.

- Нет, от дяди Конни ты не получишь ни пенни, - ответил Герхард.

- Но, папа ... - запротестовал Зандер.

- Но ... - перебил его Герхард. - Но вместо этого вы можете получить от меня по пять шиллингов.

- Пять шиллингов ... ’ выдохнул Зандер, пораженный самой мыслью о такой огромной сумме. - Спасибо, папочка! Большое, большое тебе спасибо!

Когда Лойян увела его, Зандер взял сестру за руку и сказал: - ‘Ты слышала это, Кика? Папа сказал, что мы можем получить пять шиллингов вместо одного.

Шафран подождала, пока дети выйдут на улицу, прежде чем повернуться к отцу и прямо спросить его: - "Как, черт возьми, это произошло? Как Конрад фон Меербах, нацистский военный преступник, который, как предполагается, скрывается от правосудия, просто вошел в наше поместье и подошел прямо к моим детям, даже не попрощавшись с вами? Ты сказал мне, что мои дети в безопасности, папа. И вы оставили их на милость СС. Вам это кажется безопасным? Так ли это?

С Леоном его дочь никогда так не разговаривала. Но его единственным ответом было печальное покачивание головой и искренние извинения.

- Мне очень жаль. Я понятия не имел. Я бы, черт возьми, застрелил его, если бы знал, так же, как застрелил его чертова отца.

- Или, может быть, нам следовало пристрелить Вернера, когда у нас была такая возможность, - сказал Герхард.

- Кто такой Вернер? - спросил Леон.

- Головорез низкого уровня, член какой-то нацистской организации, которая помогает старым эсэсовцам. Он шпионил за нами. Шафран взяла его в плен, но мы его отпустили. Я предполагаю, что его начальство предупредило моего брата, что мы охотимся за ним, и Конрад решил продемонстрировать, что он может добраться до нас так же легко, как и мы до него.

- ‘Боже милостивый,’ выдохнул Леон. - ’Ты действительно думаешь, что твой брат может организовать какое-то нападение на нас здесь, в Лусиме?

- Хм ... - Герхард задумался над вопросом. - Я так не думаю. Для начала, где он найдет рабочую силу? В европейском сообществе есть много людей, чьи расовые предрассудки граничат с нацизмом, но в основном они просто пьяницы в барах загородных клубов. Чтобы напасть на Лусиму, ему понадобятся люди посильнее.

Леон пожал плечами. - Я знаю этот тип людей и думаю, что ты прав. Но даже в этом случае нельзя быть слишком осторожным. Я поговорю с Маниоро, пусть он проследит, чтобы Креста все время следил за этим.

- ‘Спасибо, папочка. - Шафран подошла и чмокнула отца в щеку. - Прости, что я рассердилась на тебя.

- Вовсе нет, просто львица, защищающая своих детенышей, совершенно естественно. И я сам напросился, позволив этому человеку войти сюда.

- Ты не должен был знать.

- Это не оправдание. В такие моменты нельзя позволять себе расслабляться.

- Ты прав, - сказала Шафран, выпрямляя спину и расправляя плечи. - Пришло время взять себя в руки и разобраться с этой неразберихой раз и навсегда. Итак ... Конрад сказал, что живет рядом с моей семьей. Ну, у нас есть родственники Кортни и Баллантайн в Великобритании, но я вряд ли думаю, что он и Чесси обосновались там. И даже у него не хватило бы наглости жить в Кении, прямо у нас под носом.

- Если бы он нашел себе здесь уютную квартирку, то давным-давно дал бы о себе знать, - сказал Леон. - По моему опыту, бароны фон Меербах не такие уж застенчивые и замкнутые. И только посмотрите на этого, марширующего сюда, смелого, как чертова медь.

- Согласен,’ кивнул Герхард.

- Значит, остается только Каир и Кейптаун, - продолжила Шафран. - И Египет - это вполне вероятная возможность. Конечно, во время войны там было много людей, которые были бы только рады увидеть танки Роммеля, проводящие парад победы по улицам.

- Я думаю, это Южная Африка, моя дорогая, - сказал Герхард. - В конце концов, вы часто рассказывали мне обо всех политиках-африканерах, которые симпатизировали нацистам. И эти люди изначально были голландцами, двоюродными братьями нам, немцам, верно? Много больших голубоглазых мужчин с рыжими или светлыми волосами, которые хотят сохранить на своем месте низшие расы?

- Совершенно верно.

- Тогда Конрад будет чувствовать себя как дома. Скажи мне, Леон, у тебя случайно нет телекса?

- В моем кабинете вы можете им воспользоваться.

- Спасибо. Я думаю, Джошуа должен знать об этих последних событиях. Он посмотрел на Шафран. - Конрад хочет, чтобы мы его нашли. Очень хорошо, давайте исполним его желание.