— Да-а! — удивлённо протянула Катя. — И где же твоё рациональное мышление?.. Кстати, говорила ведь мне Зоя Ивановна, что «ублюдочные твари» в нашей «шараге» — всего лишь «слепые орудия» промысла Высших Сил… Прикинь!.. Они в своей злобе, по большому счёту, в общем-то, бессильны; к тому же, своими пакостями они только приближают собственную погибель, которая, кстати, будет люта.

— Зоя Ивановна, в самом деле, именно так и сказала? — проговорил Алексей, делая вид, будто удивлён.

Демонстративно насупившись, Катя ткнула Алексея локтем в бок и, изображая голосом что-то среднее между обидой и возмущением, заявила:

— Пересказываю — как могу!.. А ещё Зоя Ивановна говорила, что если с человеком, нашедшим верный Путь, происходят всякие гадости, она их, кстати, «скорбями» называла, то при правильном отношении к ним, в сущности, можно лишь укрепиться.

— Вообще-то, я тебе давно говорил, что все трудности можно и нужно использовать для тренировки.

— Помню я… Зоя Ивановна, вроде, и то же самое говорила, но будто с другой жизненной позиции; а ещё… Даже не знаю, как сказать-то… Короче, удивляла она меня иногда: то ли фантазировала зачем-то, то ли, действительно, могла предугадывать события…

Катя задумалась. Ей вдруг показалось, что она может сказать что-то лишнее.

— Какие события? — спросил Алексей, пытаясь прервать паузу.

— Хотя бы то, что тебя с работы выгонят, — медленно проговорила Катя первое, что пришло на ум.

«Это — я и сам давно предполагал», — подумал Алексей, решив, что Катя, вероятно, о чём-то не хочет говорить.

— В «шараге» неприятности? — спросил он осторожно.

— А пошли к Тимофею!.. Там и поговорим, — предложила вдруг Катя, уклоняясь от ответа.

Утвердившись в мысли, что неприятности, действительно, имеются, Алексей не стал повторять вопрос, однако быстро заметил, что любых разговоров, касающихся учёбы, Катя старательно избегает.

***

Тимофей, казалось, был всё так же вял, но приходу Алексея и Кати, явно, обрадовался. Вставая из-за стола, он закрыл и отодвинул в сторону свою тетрадь, немного побеседовал с пришедшими, однако, почувствовав головокружение, вернулся на скамейку.

— Тим, надо бы тренировки возобновлять, — напомнил Алексей.

— Прошу, — ответил Тимофей, сделав размашистый жест в сторону двери комнаты-додзё, открытой настежь.

— Я не об этом, — возразил Алексей. — Хотя, пожалуй, едва ли ты меня не понял.

— Начал я уже… Тяжело, правда, идёт… Странно как-то: слабость — «дикая», а вот болей — почти нет почему-то.

— Не зря же ты раньше-то старался… Человек — хоть и не ящерица, однако регенерация и у нас в какой-то мере происходит.

— Может, скорее, компенсация? — вмешалась Катя.

— Хорошая поправка, — согласился Алексей.

— Да ладно вам, медики, голову мне морочить… Немного форму восстановлю; потом возьмёмся информацию с семинара прорабатывать, — заверил Тимофей. — У самих-то как дела?

Катя, увильнув от продолжения разговора, достала из сумки пакетики с кормом и, положив их на стол, принялась изучать содержимое холодильника. Лишь покормив Фрэда и кошек, она наконец-то решилась заговорить на ту тему, которую уже давно обдумывала.

— Зоя Ивановна говорила, что у меня будут серьёзные трудности в училище, — неуверенно начала Катя, обращаясь к Тимофею.

Алексей удивился и хотел было что-то сказать, однако Тимофей его опередил.

— Рассказывай, — сказал он так, будто обращение это вовсе не казалось ему странным.

— Когда вы уехали, я в таком состоянии была, что «двоек» наполучала… Раньше такого не бывало… Меня это сначала не беспокоило; надеялась исправить их в ближайшее время, однако вчера вдруг заметила, что не дают мне возможности избавиться от «хвостов»: преподаватели от меня шарахаются, Носова и Басюкова — ехидно улыбаются…

— Думаешь, что и тебе решили пакость подстроить, заметив, что ты, вроде бы ослабла? — спросил Алексей.

Катя кивнула и продолжила:

— Думала, что мне это только кажется, но сегодня узнала, что «задолбать» пытаются и Юлю, и Ларису. Правда, Ларису-то им, похоже, не «сломать», поскольку она и умная, и психика у неё устойчивая; а вот Юля, говорят, «срывается» иногда.

— Откуда Зоя Ивановна-то могла знать, что у тебя такие трудности возникнут? — не выдержал Алексей.

Катя пожала плечами и лишь напомнила:

— Говорила же я тебе, что какие-то странности были в наших разговорах.

— А к Тимофею-то зачем с этим обращаться?

— Зоя Ивановна сказала.

— Почему?

— Не знаю.

Тимофей поднялся со скамейки и, пошатываясь, прошёлся по кухне, потом остановился, постоял несколько секунд и, вероятно, почувствовав себя несколько лучше, начал прогуливаться из стороны в сторону, будто изучая какое-то новое для себя пространство.

— Всё правильно, — заговорил он вдруг. — Подумаю я… Сейчас другие мысли мешают сосредоточиться… А сюда ведь Чернилов приходил, правда?..

Тимофей сел на скамейку около Кати и несколько секунд смотрел на неё так, будто хотел что-то прочитать в её глазах, после чего, так и не дождавшись ответа, сказал:

— Мне нужен номер телефона майора Чернилова.

— Не поняла! — удивилась Катя.

— Страницу из его блокнота, — уточнил Тимофей.