Дженна садится рядом со мной, и мы смотрим, как поют первые несколько конкурсанток. Одна из участниц поет «I Wanna Dance With Somebody», в то время как другая исполняет песню «Аэросмит» «Dream», песню, которую я бы предпочел оставить Стивену Тайлеру. Однако, когда я заметно морщусь, Дженна тычет меня в бок.

— Они стараются изо всех сил, — тихо хихикает она. — Петь — это тяжело, и я ценю каждого, кто поднимается и старается.

Конечно же, после каждого выступления она громко и с энтузиазмом хлопает в ладоши. Я стараюсь соответствовать её вкусу.

Когда мужчина в ковбойской шляпе окликает её по имени, Дженна поворачивается ко мне и хватает за руку.

— Была не была! — она целует меня в щеку и практически вприпрыжку поднимается на сцену, выглядя такой счастливой, какой я её ещё не видел. Я откидываюсь на спинку стула и скрещиваю руки на груди. У меня такое чувство, что нас всех ждет праздник.

Когда в караоке-треке начинают звучать вступительные ноты песни Пэта Бенатара «Hit Me With Your Best Shot», толпа разражается улюлюканьем и воплями, в том числе и моим. Дженна вынимает микрофон из подставки, расхаживает по сцене и заводит публику ещё до того, как начинает петь. Я не могу удержаться от улыбки. Она определенно счастлива там, наверху.

Когда первые ноты слетают с её губ, у меня отвисает челюсть. Я знал, что она хорошая певица; я понял это по тому, как она напевала и насвистывала, и знал, что она гастролировала с группой средней известности. И всё же — и я не склонен к преувеличениям — её пение превосходит всё, на что, как я думал, способен человек. Каждая нота сильная, великолепная, кристально чистая, с сексуальными рычащими нотками: голос настоящей рокерши. Её харизма тоже зашкаливает — от каждого движения бедер до подмигиваний и улыбок, которыми она одаривает зачарованную толпу. Я так же очарован, как и остальные зрители, и чувствую, как что-то похожее на гордость переполняет мою грудь.

«Она со мной», — хочется крикнуть мне, как будто это подростковая драма 1950-х годов. Вместо этого я ничего не говорю, но не могу перестать улыбаться.

Это моя девочка.

Когда песня заканчивается, она встаёт в позу, и толпа теряет свой коллективный разум. Люди вскакивают на ноги, хлопая и подбадривая, как будто она только что забила победный тачдаун на футбольном матче. Дженна кланяется, машет рукой и снова кланяется, одними губами выражая благодарность переднему ряду. Это поистине волшебный момент. Интересно, вспоминает ли она время, проведенное в туре со своей группой, и у меня во рту появляется горьковато-сладкий привкус. Если она действительно выйдет за меня замуж и переедет в Снежную Долину, её время в группе, вероятно, закончится…

У меня нет времени на размышления, потому что Дженна спешит обратно к столу, сияя от счастья.

— Это было так весело! — восклицает она, и её глаза сверкают, как звезды за окном.

Я встаю и заключаю её в объятия, целуя в лоб.

— Ты была невероятна, — шепчу я ей на ухо. — Лучшая певица, которую я когда-либо слышал.

— О, прекрати, — бормочет она, но я сжимаю её ещё крепче.

— Я серьёзно, — убеждённо говорю я. Затем, чтобы доказать свою точку зрения, я заключаю её в объятия и целую со всей страстью, на которую способен.

Когда мы выходим из бара, она гордо прижимает к груди пластиковый приз за первое место, и я снова целую её под россыпью звезд.

— Ты особенная, Дженна Кук, — шепчу я.

Она поднимает на меня глаза, в которых пляшут огоньки.

— Ты серьёзно?

Я ухмыляюсь.

— Я не сказал, что это за «кое-что ещё».

Она игриво шлепает меня, и мы держимся за руки всю дорогу домой.

<p>Глава 8</p>

Дженна

— О, боже мой! Дженна!

Моя лучшая подруга Сара вскрикивает и роняет свой багаж, когда я подбегаю к ней и крепко обнимаю. Я не могу поверить, что прожила в Снежной Долине три месяца и не видела её. Обычно мы проводим вместе каждые выходные, занимаясь самыми разными вещами: участвуем в репетициях группы, ходим на поздний завтрак, ходим по магазинам или, что лучше всего, слушаем музыку и танцуем как сумасшедшие. Я была так счастлива в Снежной Долине, но без моей лучшей подруги всё было по-другому.

— Я так рада тебя видеть, — говорю я в её густые вьющиеся каштановые волосы, всё ещё крепко сжимая её в объятиях.

— Взаимно! — Сара отстраняется и держит меня на расстоянии вытянутой руки. — Ты выглядишь потрясающе. Я боялась, что этот крошечный городок притупит твой блеск, но ты по-прежнему сияешь повсюду!

Я смеюсь и подхватываю ее сумки.

— Спасибо, детка, — отвечаю я. — Я делаю всё, что в моих силах.

Мы покидаем аэропорт и направляемся домой к Мэтту. Изначально Сара собиралась остановиться в отеле, но Мэтт настоял на том, чтобы она поселилась в его комнате для гостей. Когда мы подъезжаем к его дому, Сара тихо присвистывает, оценивающе оглядывая строение.

— Это великолепное место, Джен, — говорит она.

— Неужели? — соглашаюсь я. — Давай я покажу тебе остальную часть дома.

Мы быстро осматриваем комнату для гостей. Сара плюхается на кровать и стонет от восторга.