Читаем Ион полностью

Счастья высшего начала,Нерушимого для смертных,Нет иного, как в чертогахДетских глаз сиянье: радостьВидеть нежный цвет детей,Чтоб, сокровища наследьеОт отцов приявши, дети480 Детям отдали своим.В бедах дети — это сила,Дети в счастии — улыбка,На войне они отчизнеИ опора и спасенье…Не давай ты мне богатства,Царских зал раззолоченных!Дай мне вырастить на славу,Дай взлелеять мной рожденных.Жизнь бездетных ненавистна:Этой жизни не желай;490 C самым скромным достояньемВ детях счастье для меня.

Эпод

Ты, о Пана[41] жилищеБлиз пещеры глубокой!Там три дочери нежныхБелоногих АглаврыНа лугу танцевалиПеред храмом Паллады.500 Ты же играл им, о Пан,Из вертепа, где дева,Сына Фебу родивши,— О, безумье несчастья!Отдала этот стыдРокового союзаКлюву, пасти — ребенка.Много сказок у кросен,Много знаю вестей людских,Но такого не помню,Чтобы счастье венчалоПорожденного девойОт союза с бессмертным.

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

ЯВЛЕНИЕ СЕДЬМОЕ

Ион

(из боковых дверей).

510 А, царицыны рабыни! Вы все здесь у ступенейВ облаках благоуханий дожидаетесь царя…Что ж, треножник им покинут? Предсказание дано?Или, все еще бездетен, бога Ксуф не умолил?

Корифей

Там покуда он, во храме; не сходил со ступеней.Только будто уж выходит: застучали ворота…Так и есть, — сейчас увидишь господина ты и сам.

ЯВЛЕНИЕ ВОСЬМОЕ

Из средних дверей выходит Ксуф. Он в венке и радостный. Ксуф и Ион.

Ксуф

(едва появляясь на сцену, видит Иона и поспешно направляется к нему, раскрыв объятия)

Сын мой, радуйся! О сын мой! Да, я смею так начать…

Ион

(слегка отстраняясь)

Радость — нам, а Ксуфу — разум, и никто не обделен.

Ксуф

(с настойчивой горячностью)

Руку дай мне — поцелуя и объятья я хочу.

Ион

(раздражительнее)

520 Да в уме ль ты, или душу бог безумьем повредил?

Ксуф

Я в уме ль, когда находке я своей нежданной рад?

Ион

(вырываясь)

Перестань! Неосторожно ты венок мне изомнешь…

Ксуф

Не отстану… Тут не дерзость… Ты любовью обретен.

Ион

(берется за лук)

Отойди, коли не хочешь задохнуться от стрелы.

Ксуф

(отходит)

Ты бежишь меня! Но должен ты любить меня, пойми!

Ион

(покачивая головой)

Нет, невеж и одержимых не согласен я любить.

Ксуф

Что ж? Убей, сожги, пожалуй, — скажут все: отца убил.

Ион

(с живостью)

Ты — отец мне? На смех, что ли, те слова, афинский царь?

Ксуф

Дай свободно им излиться, — и тогда ты все поймешь.

Ион

530 Ну, и что же я услышу?

Ксуф

Я — отец твой, ты — мой сын.

Ион

Кто ж сказал тебе?

Ксуф

Сам Локсий, твой кормилец, мне открыл.

Ион

(насмешливо)

Ты — истец, ты ж и свидетель…

Ксуф

Да, но божьих слов, прибавь.

Ион

Их загадкой ты обманут.

Ксуф

Значит, бог не так сказал.

Ион

Кто ж указан?

Ксуф

Тот, кто первый мне навстречу попадет.

Ион

Перейти на страницу:

Похожие книги

Критика чистого разума
Критика чистого разума

Есть мыслители, влияние которых не ограничивается их эпохой, а простирается на всю историю человечества, поскольку в своих построениях они выразили некоторые базовые принципы человеческого существования, раскрыли основополагающие формы отношения человека к окружающему миру. Можно долго спорить о том, кого следует включить в список самых значимых философов, но по поводу двух имен такой спор невозможен: два первых места в этом ряду, безусловно, должны быть отданы Платону – и Иммануилу Канту.В развитой с 1770 «критической философии» («Критика чистого разума», 1781; «Критика практического разума», 1788; «Критика способности суждения», 1790) Иммануил Кант выступил против догматизма умозрительной метафизики и скептицизма с дуалистическим учением о непознаваемых «вещах в себе» (объективном источнике ощущений) и познаваемых явлениях, образующих сферу бесконечного возможного опыта. Условие познания – общезначимые априорные формы, упорядочивающие хаос ощущений. Идеи Бога, свободы, бессмертия, недоказуемые теоретически, являются, однако, постулатами «практического разума», необходимой предпосылкой нравственности.

Иммануил Кант

Философия
Мифологии
Мифологии

В середине 1950-х гг. Р. Барт написал серию очерков о «всеобщей» современной мифологизации. «Мифологии» представляют собой блестящий анализ современной массовой культуры как знаковой системы. По мнению автора, образ жизни среднего француза «пропитан» мифологизмами. В книге Р. Барт семиотически объясняет механизм появления политических мифов как превращение истории в идеологию при условии знакового оформления этого процесса. В обобщающей части работы Р. Барта — статье «Миф сегодня» предлагается и объяснение, и метод противостояния современному мифологизированию — создание новейшего искусственного мифа, конструирование условного, третьего уровня мифологии, если под первым понимать архаико-традиционную, под вторым — «новую» (как научный класс, например, советскую). В исследованиях Р. Барта ведущим определением мифа является слово. Все, что покрывается дискурсом, может стать мифом, так как «наш мир бесконечно суггестивен». Р. Барт, расширительно трактуя созидательную силу «буржуазного» мифотворчества, рассматривал мифы как составляющие конструкты всех культурных и социополитических феноменов Франции. Миф, в соответствии со взглядами Р. Барта, является маркирующей качественной характеристикой «анонимного» современного буржуазного общества, при этом мифологизация — признак всех социумов.

Ролан Барт

Философия