Читаем Датта Даршанам полностью

Десять дней потеряны в кромешной тьме. Наступил хаос. Посмотри, как перед тобой стоят эти великие боги, смиренно умоляя тебя! Я тоже умоляю тебя. Одно простое слово из твоих уст может спасти весь мир живых и неживых существ. Поэтому, моя дорогая Сумати, послушай меня, поторопись и оживи миры».

Сумати пришла в замешательство, увидев Анасую, настолько охваченную чувствами и говорящую так много, вопреки ее обычаю. Она не могла даже думать. Великая Анасуя, мать трех богинь, стоящая перед ней, и все множество богов ожидали ее согласия.

Но когда она рассмотрела собственное положение, она почувствовала полное отчаяние и сказала: «Мать, что мне сказать? Я не могу сердиться на друга мира, я не могу сердиться на миры, что мне делать? Это моя карма. Проклятие муни Мандавьи…» Сумати не могла продолжать из-за боли, охватившей ее.

Но Анасуя не уступила и сказала: «Моя дорогая, неужели ты думаешь, что если тебе был нанесен вред или какой-то ущерб причинен твоему мужу, то эти святые и боги будут просто смотреть, ничего не делая? Не только я, каждая добродетельная и преданная женщина в мире поддержит тебя. Нет причины для страха. Действуй без промедления, Сумати! Призови бога солнца и спаси миры».

Услышав слова Анасуи, которые звучали подобно колоколам, Сумати встала и мысленно поклонилась своему мужу. Подняв свои сложенные руки и поклоняясь богу солнца, она молилась прерывающимся голосом: «О Отец, Сурьянаранаяна, прости мой проступок. Продолжи свой путь. Отец, спаси миры».

Немедленно колесница солнца пришла в движение. Радость всех живых существ не знала границ, и праведники совершили свою сандхью[45]."

Солнце взошло над вершинами восточных холмов. Каждый уголок мира был наполнен радостью и выглядел подобно новым лепесткам священного лотоса.

Но в одном уголке, неизвестном миру, сидела Сумати, выражения горя исказило ее лицо. Она положила на колени голову своего мужа, который умирал.

Эта чистая и преданная жена нежно растирала тело своего умирающего мужа. Преодолевая боль и душившие ее рыдания, она упала на землю. Она не сознавала мир вокруг себя, не видела Анасуи, которая была около нее.

Помимо Анасуи, больше никто не обратил никакого внимания на бедную Сумати. Каждый был беззаботно счастлив и плясал от радости. Только Анасуя, стоя рядом, смотрела на несчастную и убитую горем женщину, сосредоточив свой ум на Каушике.

Дыхание жизни вышло из него и смешалось с безграничным окружающим пространством. Вдруг уши Сумати уловили голос, звучащий подобно звону победных колоколов. Громкий голос взывал: «О вечная Сумангали!» Зов был ревом, мощным криком. Это был голос Анасуи. Неведомое могучее божественное сияние светилось в ее глазах. Сумати внимательно слушала.

«О вечная Сумангали, не бойся. С одной стороны есть сила тапаса, с другой — сила добродетельной и преданной жены. До сих пор царствовал тапас. Сейчас воля добродетельной и верной жены изменит его».

На мгновение Анасуя безмолвно сосредоточилась на своем муже. Потом медленно и выразительно она произнесла следующие слова:

«Если правда то, что я никогда не считала другого мужчину равным моему мужу в красоте, силе характера, уме, тапасе или добром расположении; если правда то, что никого во всех трех мирах я не считала равным моему мужу, то пусть этот брамин Каушика вернется к жизни, будет свободен от болезней и, следуя путем справедливости, живет тысячи лет».

Слова Анасуи прогремели по всему космосу подобно звуку небесной раковины. Немедленно Каушика встал, будто пробудившись ото сна.

Болезнь ушла, и его тело было крепким и сильным как алмаз. Сверх того, его ум тоже стал чистым и спокойным. Принципы дхармы стали теперь для него ясными как хрусталь.

Он немедленно встал и простерся перед Анасуей. Боги пролили на голову Анасуи дождь из цветов, и Каушика чувствовал, будто воды абхишеки[46] лились сквозь его голову. Звуки божественных барабанов и танец небесных существ были видны и слышны по всему небу, и победные крики эхом отражались повсюду.

Затем Брахма, Вишну и Махешвара вместе появились в небе. Анасуя и Атри простерлись перед ними, другие последовали их примеру. Три бога с улыбками на лицах поздравили Анасую с успехом, которого не мог достичь никто, кроме нее, во всех трех мирах. Они предложили ей высказать просьбу на свой выбор, исполнение которой они даруют в знак их милости.

Услышав это, Анасуя, драгоценнейшая среди добродетельных и преданных жен, подняв сложенные руки к своей голове, сказала смиренным голосом: «О боги, если вы считаете меня заслуживающей выполнения просьбы, я бы хотела того же дара, который мой муж уже выбрал. В конце концов, жена есть отражение ее мужа. Пусть вы родитесь в качестве наших детей и даруете нам благоприятную возможность достичь окончательного блаженства преодолением всех препятствий».

Три бога по достоинству оценили желание Анасуи и, сказав: «Да будет так», исчезли.