Тех, кто верит, что тело — это сам Атман, мантра-шастра и другие шастры учат, что есть сила, которая управляет этим телом и мирами, и что, поклоняясь ей, ты можешь достичь видимых результатов. Таким способом они стимулируют преданность Богу. Миманса и другие подобные шастры, учащие, что человек отличен от тела, говорят, что если ты совершаешь благородные дела, то получишь лучшее тело и в конце концов опыт огромного счастья.

Потом веданта-шастра легко побудит тебя постигнуть истинное "Я", которое отлично от грубого, тонкого и казуального тел и едино.

Поэтому, Девендра, пойми, что нет противоречия между шастрами. После всех моих объяснений ты можешь еще недоумевать, почему должно быть так много шагов. Не будет ли достаточно одного или двух? О царь богов, сущностная природа Брахмана является несжимаемой. Даже если Махатмы, которые очень тесно приблизились к Нему, немного отклоняются, есть риск, что они изберут соседнюю дорогу и таким образом уйдут далеко от истины.

Следовательно, чтобы очистить сомнения этих личностей, нужны учения, которые хотя внешне и кажутся согласующимися, имеют очень тонкие различия в выводах. Чтобы проиллюстрировать это, я расскажу другую историю, имеющую отношение к Вишнудатте.

7. Последний шаг

Пратиштанапура, где жила Суматидеви, жемчужина среди благодетельных и преданных жен, уже известно тебе. Там был брамин, у которого после того как долгое время он был бездетным, родился сын.

Брамин был честен и справедлив. С тех пор как родился сын после долгого периода бездетности, брамин воспитывал его с большой любовью и заботой.

Помимо желаний родителей относительно их детей, существуют наклонности у самого ребенка. Мальчик был не только глуп, но еще и упрям. Он не общался с другими и не проявлял ни малейшего интереса к играм с ровесниками. Его учителя были не в состоянии понять, как такой упрямый ребенок родился у такого большого ученого. Отец пришел к выводу, что ребенок может получить только минимальное образование. Но, видя, что упрямство мальчика возрастает день ото дня, он был встревожен.

Мальчик был всегда один. Он разговаривал сам с собой или смеялся и плакал и даже катался в грязи.

Думая, что это, должно быть, сумасшествие, отец давал ему лекарства. Боясь, что им, видимо, овладели злые духи, он надел на мальчика амулеты. Однако результат был нулевой. Отец дал ему святую нить в надежде, что, если он будет носить ее и петь гаятри-мантру, он поправится. Но после этого он стал вести себя еще более странно.

Его матери стоило больших усилий заставить его совершать религиозные обряды. Однако сколько она ни говорила ему, он не выполнял сандхьявандану[137]. Несмотря на увещевания, он мочился, где ему нравилось. Когда надо соблюдать тишину, он пронзительно кричал. Для него не было разницы, есть или не есть, говорить или нет, делать или не делать. Он не беспокоился о том, что надеть. Его родители были в отчаянии.

Они совершили много обрядов, таких, как пение молитв, пост, бдение, раздача даров и паломничества ради мальчика. Но ничего не помогало.

В конце концов родители вместе с мальчиком приблизились к Вишнудатте и, простершись перед ним, со слезами на глазах рассказали о своем несчастье.

Как только он увидел мальчика, лицо Вишнудат-ты засияло, и лицо мальчика тоже. Заметив свечение, исходящее от их сына, родители были счастливы и удивлены, думая, что это было отражение величия Вишнудатты на лице мальчика.

Пообщавшись с ними какое-то время, Вишнудатта велел им идти, сделать омовение и завершить их ритуалы. Мальчик на время остался с ним.

Как только они ушли, Вишнудатта, пристально вглядываясь в глаза мальчика, сказал: "Махатма, кто ты? Какова незаконченная работа, для которой ты принял это тело? Что я могу сделать для тебя? Почему ты пришел сюда под предлогом сопровождения твоих родителей? О Господь, скажи мне свободно и открыто". Услышав эти слова, мальчик медленно сказал:

"Я пришел? Я работаю с тобой? Так как я наполняю собой все, подобно тому, как вода заливает все в конце творения, что означают мой приход в место и уход из места? Что значит для меня делать или быть причиной действия? Существует ли какое-нибудь место, где меня нет? Я есть единственный Атман. Я сам есть Сат-Чит-Ананда. Я единственный есть пища, Я единственный есть питье. Где исполнение и наслаждение для меня? Эти слова не применимы ко мне, так как Я есть недвойственность, один без второго".

Вишнудатта, который слушал слова мальчика с необъятной радостью, переполнился чувствами и, крепко обнимая его, сказал:

"Махатма, который единственный есть Истина. Я согласен. Но я хочу задать вопрос. Хоть ты свободен, несмотря на то что находишься в теле, почему, ты не придерживаешься пути дисциплины и не показываешь хороший пример? Глядя на тебя, некоторые невежественные люди могут вести себя, как ты. Если известно, что ты свободная душа, даже добродетельный может погибнуть, следуя твоему нынешнему образу жизни. Когда это так, то что ты теряешь, будучи хорошим примером для всех?