Читаем Чужая тень полностью

Маг четвертой ступени стальной лиги мог бы с лёгкостью излечиться от любого заболевания, только не от кислотного дыхания легендарного зверя, который вырвался из глубин сфер жизни, чтобы наказать его за поглощение артефактов низших лиг. Кто ж знал, что заклинание апдейта, всё-таки позволяющее культивировать за счёт тех, кто много слабее, сыграет столь злую шутку. Магический приём пусть и дал подвижки в культивации, но ценой гнева самой основы мира. Вынужденная мера требовала от мага спорных решений, и отбирать артефакты низших лиг было выходом. А как еще развиваться, когда в этом мире не осталось больше посвящённых стальной лиги? Да, можно было охотиться внутри мест силы, но там уже ждал он — тот самый легендарный зверь. Он появлялся везде, где Ящер имел неосторожность задержаться пусть и на небольшой срок времени. В том числе и это заставило сильнейшего волшебника Тёмного мира самолично бегать как угорелый по шахтерским городкам материковых земель и искать более древнего культиватора, так вовремя сбежавшего вместе со своей тайной в материальную плоскость.

Последнее время всё шло через одно место. След Зэра был запутан. Ворвавшись в этот мир, тень императора поглотила тело некого Райса, простоватого бывшего солдата, и впопыхах сбежала из Треста, прихватив с собой девочку-подростка — видимо, для мужских утех. Ящер много раз телепатически настраивался на тень древнего полководца, но настройки слетали, будто Зэр и вовсе не владел телом, а почему-то позволил сознанию Райса существовать вместе с ним.

Зачем? Ответа Яз не знал. Однако вместо ответа у него была куча очевидцев того, как император раскидывает отребье в подворотнях и поглощает их тени. Кто-то указывал на то, что он зачем-то пошел к лекарю Ларе, но, не дожидаясь стражи и охотников за колдунами из церкви Триединого, сбежал куда-то на юг.

Зэр был не так прост, будто знал, что Ящер и сельтары его ищут. Но если он знал, почему же еще не достал свой меч и не призвал в Тёмный мир свою армию?

Вопросов было много, а ответов, увы, не очень. Райс с девочкой вышел из Треста и буквально растворился в воздухе, так и не прибыв в Минаган — крупный логистический город, соединяющий треть северных трактов в столицу.

Стража каждого города Темномирья и тайная полиция по всему материку уже получила его лицо на свитках с надписью: “Разыскивается колдун”, однако телепатические допросы в ближайших городах показали, что служивые истуканы действительно не видели беглеца.

Значит, Райс и тень Зэра где-то в Перекате. Возможно, их заметили в деревнях, которых одну за другой посещал чёрный всадник. Общение с деревенщинами не доставляло ему удовольствия. Радовал лишь быстроногий конь, благодаря которому он передвигался между селениями со скоростью около двухсот миль в час.

Дождь прекратился. Ящер, как раз въехал в такую ничем не примечательную деревушку, пустую и опасливую. Это было резонно: не так часто тут наблюдают людей в рясах на огромных чёрных конях.

Деревенская доска объявлений пестрела промокшими вывесками, но нигде не было объявления о поиске Райса.

“Люди — неисполнительные твари”, — подумал маг и спешился, чтобы достать из подсумка у седла свёрток со свёрнутыми поисковыми листами.

У доски его вновь настиг кашель. Покрытая волдырями длиннопалая ладонь оперлась о вывеску. Тот кислотный плевок должен был испепелить его плоть, забрав все артефакты сфер, но Ящер был слишком мудр для того, чтобы потерять их. С помощью сложнейшей магической уловки ему удалось избежать гибели. Однако он не сомневался в том, что легендарный зверь раскусит обман и вновь отправится на поиски мага.

“Нестрашно!” — думал Яз, подбадривая себя. Конечно, ему было страшно, но зверь был не страшнее тех же сельтар, собирающих по двум мирам сбежавшие тени. Тут, в Тёмном мире, он опасался только этих двух напастей, справедливо считая себя лучшим магом двух миров.

Приклеив свиток, маг спрятал в подсумок кисточку с пузырьком клея и еще раз осмотрелся.

— Эй, деревенские! — крикнул Ящер пустой деревне. То, что его не встречают, могло говорить как раз о суровых нравах послевоенного времени. Разбойники и солдаты часто грабили деревушки вроде этой, оставляя после себя бедность и горе.

Магу вспомнилось, как однажды у такой же доски трое верзил настойчиво попросили у него денег. Теперь на покрытой камнями центральной площади тревожно шелестят листьями три дерева, отдаленно напоминающие человеческие фигуры.

Он взобрался на коня, покрытого золотой сбруей, и проследовал вдоль домов. Всё как всегда, всё как везде: закрытые двери и ставни на окнах… Взгляд зацепился за свежевспаханный холм в одном из огородов, будто кто-то специально насыпал туда гору земли, пытаясь сделать огромный кулич.

— Салинзан соуз! — прошептали безбородые губы на худощавом обветренном лице, и заклинание полетело вперед.