– Вот что значит мужик! – Бойкая бабенка прислонилась к Юрке, приобняла его. – Есть хоть кому нас защитить.

Юрка усмехнулся, с вызовом посматривая на женщину.

Надя, закусив губу, изо всех сил ударила лопатой о землю. Та едва не сломалась, отскочив от промерзшей почвы. Надя хотела сказать в адрес бабенки пару ласковых, но в это время раздались звуки ударов молотка о рельс и крик:

– Обед! Подходи, подбегай, подползай!

Все, как по команде бросив лопаты, быстро пошли в сторону полевой кухни.

<p>3</p>

У котла с супом выстроилась очередь. Повар, подшучивая над «бойцами трудового фронта», наливал в миски борщ.

– Граждане и гражданки! Подставляйте миски и банки! Не толкайтесь! Не деритесь! С уважением друг к другу относитесь!

Ели тут же, сидя на бревнах.

– Надь, да ты чё, ревнуешь, что ли? – Юрка сидел напротив Нади и поглядывал на нее с интересом.

– Тоже выдумал! Нужен ты мне – сокровище какое! – хмыкнула Надя.

– А чего ты тогда?..

Но он не закончил фразу: внимание всех привлекли два немецких «мессершмитта», неожиданно вынырнувшие из-за облаков. Издавая режущий уши вой, они на бреющем полете стали приближаться к траншее. Между ними и полевой кухней, где обедала бригада, оставалось всего полтора-два километра. Началась паника, кто-то упал в траншею и закрыл голову руками, кто-то убегал подальше, кто-то растерянно смотрел по сторонам. «Мессеры» выпустили длинную очередь, пошли на разворот и начали заходить на новый круг.

В этот момент в небе показался наш истребитель. На огромной скорости он приближался к немецким самолетам. Все, подняв головы, стали следить за ходом боя.

Самолеты, совершая фигуры высшего пилотажа, кувыркались в воздухе. Немцы пытались зайти к нашему истребителю в хвост. Никаких попыток стрелять по людям внизу они уже не предпринимали. Им было явно не до того. «Ястребок» ловко уворачивался от немецких самолетов, делая «мертвые петли» и «бочки». Наконец он выпустил в сторону немецкого самолета длинную очередь.

– Есть! Сбил фашиста! – Юрка вскочил с места.

«Мессер» задымился, накренился, и через несколько секунд на противоположном берегу Москвы-реки раздался взрыв.

Но радость оказалась недолгой: второй немецкий самолет смог все-таки подобраться к «ястребку». Наш истребитель загорелся и тяжело рухнул за рекой, где-то около села Крылатское. Летчик не успел или не смог выпрыгнуть из горящей машины. Возможно, он был ранен или убит пулеметной очередью.

Но немецкому самолету, видимо, тоже досталось. Волоча за собой шлейф дыма, он скрылся из виду.

Вся бригада, в которой работали Юрка и Надя, затаив дыхание наблюдала за этим воздушным сражением. Люди стояли и молчали, потрясенные увиденным.

<p>4</p>

Кормили и правда сытно. Три раза в день – горячее. А вот спать приходилось в бывшей деревенской конюшне на полу, застеленном соломой. Само собой, прямо в верхней одежде. Укладывались плотно, прижимаясь друг к другу, чтобы не замерзнуть.

В первую ночь Юрка лег рядом с Надей, но она демонстративно перешла на другое место.

– Юр, иди ко мне! Уж я-то тебя согрею. – Клава стала расстегивать телогрейку.

– Да мне не холодно.

Юрка смущенно отвел от назойливой бабенки взгляд, поднял воротник и лег у стенки.

Всю неделю Надя почти не разговаривала с Панкратовым. На его вопросы отвечала односложно. Но порой, забывшись, засматривалась на него украдкой. Работал Юрка хорошо – ловко. Иногда пытался помогать ей, но всякий раз получал отпор. Не могла она простить ему и того, что навел на их квартиру воров, и того, что вселил в нее ложную надежду, когда позвал на свидание. И на себя злилась, что оказалась такой доверчивой дурочкой. Наде казалось, что чувства к Юрке у нее больше нет, – только жалость к его сестренке и бабушке. Но тут, к немалой своей досаде, поняла, что ревнует его. Об этом она часто думала, проснувшись среди ночи. Днем не было на это ни времени, ни сил: работали по двенадцать часов с одним перерывом на обед.

Через неделю привезли смену.

<p>5</p>

Москву продолжали бомбить с воздуха. Ночами жители по очереди дежурили на крышах своих домов, тушили зажигательные бомбы – «зажигалки», как их тогда называли. Одна такая «игрушка» могла спровоцировать серьезный пожар.

Надя, отработав смену на фабрике, сидела на крыше, всматриваясь в ночное небо, хотя из-за сплошной низкой облачности увидеть сегодня что-либо было невозможно. Услышав гул самолета, она вскочила на ноги. И почти в тот же миг на крышу упала «зажигалка». Девушка прихватом на длинной ручке зажала бомбу и сунула ее в ящик с песком, припорошенный снегом. Раздалось шипение…

– Ловко ты ее! – На крыше появился Юрка.

– Тебе чего здесь надо? – Надя обрадовалась его появлению и рассердилась одновременно.

– Сегодня мое дежурство.

– Так ты ж не из нашего дома. Вот у себя и дежурь. Или что? На вашу крышу «зажигалки» только по четным дням скидывают? – Она скептически посмотрела на помощника.