Читаем За границами легенд полностью

— А я накануне вечером к нему заходила… — недоумённо потёрла правую бровь, — Точно, он тогда что-то писал, сидя на кровати, положив лист на книгу, а чернильницу — поставив возле себя на постель. Увидев меня, скомкал бумагу и бросил под кровать.

— Но этот лист совсем не мятый! — женщина растерянно моргнула.

И верно! Так… это не то послание? Или… или это всего лишь чистовик?

Взволнованно сжала руки эльфийки:

— Может, там было ещё что-то?..

— Но куда тогда пропал тот смятый лист? После… после того, как… там уже не убирали! — несчастная мать Лэра куснула губу, — Я велела ничего не трогать. Будто он только вышел ненадолго и скоро вернётся. Вроде бы, туда и не заходил никто… разве что тайно.

Мы растерянно посмотрели друг на друга.

— Значит, там могло быть ещё одно посланье! Или черновик этого, который Лэр почему-то не хотел мне показывать. Там могло быть написано что-то ещё… Но что?..

— Не знаю, — она горько вздохнула, смяла платье над сердцем, — Мы, конечно, говорили с ним, много… но тайн своего сердца он не всегда мне открывал, — рванулась к двери и бросила, не оборачиваясь, — Я соберу всех, кто прибирался в ближайшие недели! Я велю их пытать, если что! Он мог написать что-то ещё! Что-то важное! — и, подхватив подол, убежала, как обычная заплаканная встревоженная девчонка.

— Мы — звенья одной цепи… Мы — нити одного узора… — снова напела я, перебирая струны, — Лэр… брат мой Лэр… Что ты хотел этим сказать? На что ты хотел намекнуть?

Может, что мы близки? Что жизни наши связаны?

Задумчиво ущипнула струны.

— Нет, тут что-то не то… ведь если это он про него и про меня… если он звено и я звено… ведь два звена, два сплетённых кольца — это же ещё не цепь, верно? И только две нити не смогут сложить полного узора, не сложатся в кусок целого полотна. Да ещё и в шали мира… Шаль мира… это вроде уже что-то очень значимое, для всех?

Дверь в мою спальню — я сидела на своей кровати — распахнулась, и в комнату взлетел Син, вспотевший, встрёпанный. Я никогда прежде не видела его таким взволнованным и, тем более, неопрятным. Мужчина подскочил к кровати, вырвал у меня каэрым. Хотел было бросить его прочь, но, приметив узор на нём, с краю, видно, признал любимый какой-то мотив наследника — и инструмент уже бережно положил и не у самого края кровати. За руку меня схватил, сжал цепко пальцы на запястье.

— Пойдём, Рён! — он от волнения даже обо всей вежливости позабыл, — Нам надо срочно идти на главную поляну. На главную площадь. Там собираются все.

— Что случилось? — я позволила ему меня утянуть, пошла следом за ним.

Син от волнения даже забыл посмотреть, обута ли я. А я, беспокоясь, что случилось нечто серьёзное, не стала настаивать, чтобы он подождал и дал мне обуться. По всему его облику было ясно, что случилось что-то не то. Что-то жуткое или потрясающее.

— Драконы придут. Нас Мишур предупредил, их посланник, — говорил Син на бегу, потом вдруг сорвался на бег, и я невольно побежала следом, — Они огорчились, что Лэр ушёл за Грань… Точнее, — он злобно улыбнулся, — Они боятся, как бы не было войны. И решили запоздало откупиться. Обещали, что помогут найти разрушителя дворца.

— Как-то они внезапно! — вздохнула, — Вот какое дело нам сейчас до прошлого дворца?

— Мы сами не сможем его найти, а они, видно, смогут…

— У короля сын Грань переступил! Какие тут ещё дворцы и беглые преступники?

Син остановился, строго взглянул на меня.

— А ты видела короля в ближайшие дни? После его возвращения из пустыни?

— Нет.

— А я видел! И сам испугался. То он валялся измождённый. То, очнувшись, тенью бродит по Лесу. Он на грани срыва. Может обезумить от горя. И тогда либо объявит войну с драконами — и мы будем обязаны ему подчиниться — или в одиночку пойдёт мстить Матарну.

— Но я же уже едва его не убила!

— Вот именно! Мстить пошла ты! — эльф до боли сдавил моё запястье, — Ты лишила короля возможности отомстить самому.

— Но королю не пристало… вроде…

— Лэр — его единственный сын! Месть могла бы утешить Хэла, хоть немного. Да и он сам мог убить Матарна. Хэл — хороший воин. Но ты его такой радости лишила. У него ничего не осталось. Да, ты его дочь, ты — последняя надежда Эльфийского леса, но он зол на тебя. И, может, потребуется время, чтобы Хэл снова принял тебя. Да что ты стоишь?! — и рванул меня дальше.

— Слушай… — сказала я на бегу, но мужчина до того ушёл в свои суматошные мысли и чувства, что не услышал, — Слушай!

— А? — Син растерянно обернулся, — Ты что-то только что сказала?

— Но это странно… Если Мишур действительно родственник Матарна… Почему с таким посланием об услуге прислали именно его? Разве отец рад будет его, родственника убийцы, точнее, привёдшего к гибели сына… зачем Хэлу именно его видеть? По-моему, посылать сейчас Мишура — это жестоко.

— И верно… — тихо выдохнул Син и посмотрел на меня уже с уважением, — Конечно, это всё выглядит подозрительно. Да и Хэл может наброситься на Мишура в гневе или в приступе безумия. Как будто они сами хотят с нами войны?! Или… это такая попытка Мишура извиниться перед нами и семьёй Лэра, оказав большую услугу?