Читаем За границами легенд полностью

Я ведь видел его мельком, этого разрушителя дворца… Почувствовал что-то странное в магии, обхватившей дворец, переместился… Увидел как пылью рассыпаются шпили, крыши башен и основного здания… две струи сползающие по крышам и по стенам: белая каменная пыль и коричнево-жёлтая деревянная… Видел, как он спокойно смотрит на всё это. Усталый и довольный… я потрясённо застыл, смотря на сумасшедшего, дерзнувшего устроить такое… такое…

Первым его заметил Нэл. Они о чём-то говорили… недолго… от потрясания я не вникал в смысл их разговора… разве что только последнее слово Нэла, сказанное тихим шёпотом… оно чем-то царапнуло меня… Но больше всего приковало меня его лицо… тонкие, но густые брови, нос… красивые черты лица… молодого лица… и… серые глаза…

Потом пространство разорвалось от вскрика подбежавшего с другой стороны воина… тот смотрел только на разрушителя и Нэла, не замечая меня… тот выхватил кинжал… Нэл вдруг сшиб сероглазого… А потом случился страшный разрыв магического слоя в пространстве…

Усмехнувшись, стал готовить заклинание для перемещения.

А Акар, этот настырный юнец, оказался прав.

Это я разорвал магический слой у дворца, чтобы разрушитель смог скрыться ото всех. Только не сразу этого понял. Но в те мгновения, когда смотрел на него, у меня мелькнула мысль, что это мой Кан вернулся и если его найдут, то заставят испить из Чёрной чаши. Я не думал, когда старался его скрыть… Я думал только о том, что жаль, что я не смог его защитить. Своего сына. Но как я хотел бы его защитить! И, видимо, моя душа интуитивно устроила всплеск магии. Так же, как и он разжёг огонь в зале тогда…

Храни тебя моё благословение, сын! Я буду молить мир, чтобы тебя никогда не нашли!

История Зарёны "Белая роза"

— Мы — звенья одной цепи… Мы — нити одного узора… — всхлипывая, напевала я, перебирая струны моего каэрыма.

Второго, подаренного Эром. На подаренном отцом, мне не хотелось играть.

Отец, кстати, запиравшийся у себя после ухода Лэра, после обвинения Акара будто помешался. Пропал куда-то на целый день — и маги с ног сбились, но не смогли его найти. Боялись, как бы чего с собой не сотворил от отчаяния. Или с обвинившим его Акаром. А на закате Хэл вернулся, с горящими глазами. Собрал всех лучших магов, уже замотанных его поисками. И объявил, что он вознамерился в одной из пустынь Жёлтого края целый лес посадить. И сразу же, даже не поев, оттолкнув взволнованную, переживавшую за него жену, отправился за картами, «подходящее место выбирать». И пустыню выбрал самую жуткую, какую только местные народы пересечь могли, но и то и сами там порою гибли. И сразу же, не поужинав, несмотря на мольбы жены, с теми же бешено горящими глазами, отправился туда. И магов за собой утащил.

Пара дней прошла. Всего пара дней. Магов отец совершенно измотал. Они несколько своих напарников едва живых в Эльфийский лес перенесли. И лекари, и целители намаялись, пытаясь их подлечить и поставить на ноги. Маги по велению короля там что-то в мире «подлатали», приколдовали… И вполне приличный кусок пространства в пустыне стал теперь куском плодородной земли, с рекой и ручьями, выходящими из-под земли и толщ песка.

И отец без отдыха, без еды и без сна — сколь ни присылала ему корзин с едой и всевозможного питья королева — сидел там, средь им устроенной земли, и самолично деревья сажал. Высадил ровно пятьсот шестьдесят, пока не свалился от изнеможения. Там где-то двести пятьдесят прижилось. Впрочем, лишь время покажет, насколько его затея была удачной. А отца едва живого в его покои маги принесли. И лекари замучились его спасать.

Но нежданная причуда эльфийского короля невольно спасла караван торговцев, из людей, заплутавших в той пустыне. Они обрадовались, когда, пощупав, смекнули, что то не был мираж. И, полагаю, когда они дойдут до ближайшего поселенья, весть о лесе, об оазисе, огромном оазисе, выросшем прямо посреди жутчайшей пустыни, разнесётся по всем краям.