Религия – еще одна попытка достичь трансцендентного: верующие ищут тех же удивительных ощущений и того же удовольствия, которое другие находят в рейвах, в алкоголе, в любви, в суевериях, в мании. Без всего этого жизнь становится плоской. И я больше не собираюсь отбирать у мамы ее веру, пусть та и приобретает экстремальные формы.

Озеро опять спокойно, мой камень затонул среди святынь и разрушенных тоннелей. Я не благочестивая кельтская дева восьмого века с повязкой на глазах, я язычница двадцать первого века с шарфом на голове, в резиновых сапогах и на велосипеде BMX. Мне пора бежать: руки замерзли, да и магазин по пятницам открывается лишь на два часа.

Глава 24

Фэр-Айл

С Папея видно Фэр-Айл, он маячит на самом краю поля зрения, прямо на горизонте. У меня на кухне висит репродукция карты Оркни и Шетландов 1654 года, и на ней изображен «Фэръ-Айлъ» – лишь намечен между двух групп островов, никаких деталей. Ведущие прогнозов погоды для судоходства относят Оркни и Шетланды к району Фэр-Айла, так что, слушая радио перед сном, я навостряю уши, когда звучит это название: «Ветер: восточный или северо-восточный, от шести до восьми баллов. Состояние моря: бурное или очень бурное. Зимние ливни. Видимость: хорошая, местами ухудшается».

Небо над Оркни такое огромное. Мне легко отслеживать приближающиеся изменения погоды. Северные ветры надвигаются на Северный холм Папея с Фэр-Айла. Краткосрочные прогнозы проще всего делать, выглянув из окна, но я всё равно проверяю, что пишут в интернете. Захожу на сайт с прогнозами от Би-би-си, а также на «Погоду на Северных островах» – сайт, который ведет Дейв Уиллер с Фэр-Айла. Люблю представлять его эдаким метеорологом-перебежчиком, который ни от кого не зависит на этом широко раскинувшемся северном острове.

На Хогманай мне рассказали, что некоторые обитатели Папея – потомки семьи Ирвинов, которая приехала сюда с Фэр-Айла. Говорят, их лодка причалила в заливе на севере острова, который теперь называется в их честь: Ирвин. В начале девятнадцатого века жизнь на Фэр-Айле была такой тяжелой, что даже идея переехать на Папей казалась привлекательной. Семья погрузила пожитки в маленькую лодку и погребла на юг – возможно, даже не зная заранее, где именно они найдут пристанище. Свой старый дом они больше никогда не видели – разве что на горизонте в ясные дни.

По мере того как я продолжаю натыкаться на упоминания острова, мне всё сильнее хочется съездить туда, и в конце концов это желание становится непреодолимым. И в сумасшедшую пятницу – так в пабах Керкуолла называют последнюю пятницу перед Рождеством, – когда, как мне кажется, все остальные напиваются вдрызг на вечеринках, я принимаю отчаянное решение съездить на Фэр-Айл в начале января: сяду на ночной паром из Керкуолла до Леруика на Шетландах (Фэр-Айл официально является частью Шетландов), а оттуда полечу на Фэр-Айл. Когда я бронирую место на самолете, меня предупреждают, что я могу застрять на острове дольше, чем планирую. В это время года паром и самолеты часто задерживаются из-за непогоды: тумана, ветра или бурного моря.

На тринадцатый день Рождества я единственный пассажир самолета Islander, направляющегося на Фэр-Айл из аэропорта Тингуолл на Шетландском Мейнленде: со мной летят только почтовые отправления. Из окна самолета вижу шетландских овец, пасущихся парочками в опасной близости от краев утесов. На западе виднеется глыба острова Фула. Мы пролетаем над целыми километрами воды, прежде чем на горизонте появляется поднимающийся прямо из моря Фэр-Айл. На карте он выглядит примерно таким же по размеру, как Папей; согласно официальной статистике, его площадь составляет 7,68 квадратного километра, а Папея – 9,18, но в реальной жизни остров кажется больше за счет своего рельефа (высшая точка, холм Уорд, достигает двухсот семнадцати метров), отвесных утесов, высокой травы и груд булыжников.

День выдался нетипично мягкий для этого времени года, так что я решаю прогуляться на север острова, к Северному маяку. Иду по узкой дорожке вдоль высоченного обрыва к неиспользуемой сирене, которая предназначена подавать сигналы судам во время тумана. Население Фэр-Айла примерно такое же, как на Папее, около семидесяти человек, и все они живут на юге острова, в основном в белых домишках, принадлежащих Национальному фонду Шотландии. Дома стоят компактно, чтобы противостоять жесткому климату и близкому морю. С Папея видны другие расположенные поблизости острова, отсюда же – лишь океан; чувствуешь себя совсем вдали от мира и во власти природы. Фэр-Айл не только самый удаленный обитаемый остров Великобритании (хотя Фула тоже претендует на это звание), но и самый ветреный – наряду с Тайри, островом Гебридского архипелага.