Читаем Василий, сын вождя полностью

Обвинительное заключение, составленное Каллистовым, почти целиком (99%) составлено на основании показаний при Влодзимирском в 1953 г. (апрель-май-июнь). Фальсификацию этих показаний Каллистов не знать не мог. Но Каллистову показалось и этого мало. Я сам, и более никто, в дальнейшей беседе о своих грехах рассказал Каллистову, что был со мной нехороший, безобразный случай, когда я в адрес уважаемого мною человека1, не подумав, бросил фразу: "Убить его мало, такого благодетеля". Рассказал Каллистову, что это случилось благодаря провокации Берии2.

Каллистов прервал разговор: "Теперь беседа окончена. Я следователь, а Вы - подследственный".

И заставил меня подписать протокол со словами в адрес одного из членов правительства "убить его мало".

Вообще-то, говоря такие слова Каллистову, я их не из пальца высосал, но вряд ли честно было так поступать.

Между мною и Каллистовым проходило немало частных разговоров, которые я тоже мог бы и могу употребить не в пользу для Каллистова. Суть не в том. Даже эта имевшая место беседа не давала права Каллистову утверждать о моих террористических намерениях и тем более строить на них обвинение по ст. 58-10.

Суд происходил вполне объективно, но незнание юриспруденции мною и отсутствие квалифицированной защиты, с одной стороны, а также нагромождение фальсифицированных обвинений, с другой стороны, направили суд по ложному пути.

Прошу Вашего рассмотрения моей виновности по ст. 58-10 и исключения этой статьи из обвинения.

Виновным в преступлении, предусмотренном ст. 193-17 УК, себя признаю. Действительно виноват.

Прошу, если сочтете возможным, изменить меру наказания по cт. 193-17 п. "б", определив наказание условно. Обращаюсь к Вам с просьбой изменить наказание по ст. 193-17, т.к. за 2 года и 6 месяцев одиночного заключения вину свою полностью осознал. Считаю себя не потерянным для Советского государства человеком. Заверяю Вас, что честным трудом оправдаю доверие Верховного Совета и Советского правительства. Только трудом на благо Родины я смогу смыть с себя действительную вину и доказать свою преданность Родине, Партии, Народу.

Внутренняя тюрьма КГБ

В.И. Сталин 3.9.55 г."

Такое письмо написал осужденный В.И. Сталин руководителю судебной власти нашей страны - председателю Верховного суда СССР А.А. Волину. И что же?

Да ничего. Далее добросовестный работник Военной коллегии Верховного суда СССР Коля Лисицын оставил на этом письме для потомков свою почти историческую запись:

"Справка По указанию т. Волина ответ на жалобу не посылался.

Судебный секретарь ВК капитан а/с1

Лисицын".

Комментарии, как говорят, излишни.

Вместо послесловия

При изучении уголовного дела меня ждала писательская удачa. Дело в том, что Главная военная прокуратура по многочисленным жалoбaм и просьбам приняла это дело к производству и назначила по нему дополнительное расследование, производство которого было поручено Следственному управлению ФСБ России. Явлeние этo в следственной работе довольно-таки частое. Пишется подробное задание, которое обязательно для исполнения Следственным управлением. И здесь надо отдать должное работникам ФСБ и Главной военной прокуратуры. Oни не ограничились только теми вопросами, которые ставились заявителями, только реабилитацией Василия Сталина, а решили расследовать и проверить многие другие вопросы, среди которых и один очень интересный для нас - причина и обстоятельства смерти Василия Сталина 19 марта 1962 года. К уголовному делу теперь приобщены материалы расследования обстоятельств смерти Василия Сталина. Оказывается, ещё в марте 1962 года Управление КГБ по Татарской АССР по данному факту проводило отдельную проверку, результаты которой не оставляют места для всевозможных вымыслов, версий и предположений о том, что Василий Сталин умер не своей смертью.

За свою прокурорско-следственную жизнь я видел не одну сотню, если не тысячу, актов и заключений судебно-медицинских экспертов по установлению причин смерти человека. Расследовал даже уголовные дела, в которых основным предметом доказывания являлось качество работы судебных медиков.

Заключение судебно-медицинской экспертизы по установлению причины смерти В.И. Сталина свидетельствует о том, что эта работа проведена на высоком научном уровне и выводы экспертов не вызывают никаких сомнений. На ocновании постановления УКГБ по Татарской АССР вскрытие проводила комиссия ученых, которую возглавлял судебный медик, имевший звание доцента. Вскрытие проводилось в присутствии представителя Управления КГБ. Произведено исследование всех полостей и внутренних органов тела умершего, для чего применены необходимые специальные методы, в том числе и гистологическое исследование органов и тканей в целях установления патологических процессов. Тщательно исследованы череп и головной мозг.

Причина смерти В.И. Сталин следующая:

Общий атеросклероз на фоне хронической алкогольной интоксикации, острая сердечно-сосудистая недостаточность, хронический бронхит, эмфизема легких.

От совокупности этих заболеваний и наступила смерть 19 марта 1962 года.

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 дней в кровавом аду. Будапешт — «дунайский Сталинград»?
100 дней в кровавом аду. Будапешт — «дунайский Сталинград»?

Зимой 1944/45 г. Красной Армии впервые в своей истории пришлось штурмовать крупный европейский город с миллионным населением — Будапешт.Этот штурм стал одним из самых продолжительных и кровопролитных сражений Второй мировой войны. Битва за венгерскую столицу, в результате которой из войны был выбит последний союзник Гитлера, длилась почти столько же, сколько бои в Сталинграде, а потери Красной Армии под Будапештом сопоставимы с потерями в Берлинской операции.С момента появления наших танков на окраинах венгерской столицы до завершения уличных боев прошло 102 дня. Для сравнения — Берлин был взят за две недели, а Вена — всего за шесть суток.Ожесточение боев и потери сторон при штурме Будапешта были так велики, что западные историки называют эту операцию «Сталинградом на берегах Дуная».Новая книга Андрея Васильченко — подробная хроника сражения, глубокий анализ соотношения сил и хода боевых действий. Впервые в отечественной литературе кровавый ад Будапешта, ставшего ареной беспощадной битвы на уничтожение, показан не только с советской стороны, но и со стороны противника.

Андрей Вячеславович Васильченко

История / Образование и наука
Маршал Советского Союза
Маршал Советского Союза

Проклятый 1993 год. Старый Маршал Советского Союза умирает в опале и в отчаянии от собственного бессилия – дело всей его жизни предано и растоптано врагами народа, его Отечество разграблено и фактически оккупировано новыми власовцами, иуды сидят в Кремле… Но в награду за службу Родине судьба дарит ветерану еще один шанс, возродив его в Сталинском СССР. Вот только воскресает он в теле маршала Тухачевского!Сможет ли убежденный сталинист придушить душонку изменника, полностью завладев общим сознанием? Как ему преодолеть презрение Сталина к «красному бонапарту» и завоевать доверие Вождя? Удастся ли раскрыть троцкистский заговор и раньше срока завершить перевооружение Красной Армии? Готов ли он отправиться на Испанскую войну простым комполка, чтобы в полевых условиях испытать новую военную технику и стратегию глубокой операции («красного блицкрига»)? По силам ли одному человеку изменить ход истории, дабы маршал Тухачевский не сдох как собака в расстрельном подвале, а стал ближайшим соратником Сталина и Маршалом Победы?

Дмитрий Тимофеевич Язов , Михаил Алексеевич Ланцов

История / Фантастика / Альтернативная история / Попаданцы
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное