Читаем The Alternative полностью

За последние несколько лет такие ограничения доменов усилились, и это глобальная тенденция в ПБ, которая беспокоит Диаса. "Нам нужно создавать открытые пространства, посвященные всем вопросам, всем проблемам, всем приоритетам. Возможно, у нас есть часть общества, которую не волнует изменение климата. Поэтому, если мы хотим обсуждать только изменение климата, мы исключаем эту часть общества", - сказал он. Еще одна тенденция последнего времени - переход к цифровым технологиям. Во время пандемии многие правительства по всему миру пытались проводить ПБ полностью в режиме онлайн. "Если вы действительно хотите улучшить демократию, вам нужно создавать различные процессы участия лицом к лицу. Будущее демократии - не в Интернете", - сказал Диас.

Диаш консультирует Кашкайш с тех пор, как тот впервые ввел PB в 2011 году, и на каждой публичной сессии он видел, как люди меняют свое мнение о том, что поддержать, благодаря личной дискуссии. Ксавье Каннинг также видит в очных сессиях нечто незаменимое: "На онлайн-сессиях вы можете получить тысячи лайков за несколько секунд, но стороннику идеи не нужно быть очень преданным. Можно просто сидеть на диване в темноте с телефоном. На живых сессиях все делают усилия, чтобы прийти и поговорить с другими людьми".

Одна из критических точек зрения на ПБ заключается в том, что она может еще больше укрепить власть среднего класса, игнорируя потребности бедных. У человека, работающего на двух работах, может не быть времени на посещение публичного заседания, не говоря уже о том, чтобы тратить недели на кампанию по сбору голосов. Нельзя сказать, что цифровые процессы меняют эту динамику, поскольку люди, обладающие большим временем, знаниями и социальным капиталом, все равно могут добиться успеха в онлайн-форматах. Одной из главных задач команды по ПБ Кашкайша на ближайшие годы является расширение участия в выборах жителей с низким уровнем дохода и людей, не говорящих на португальском языке.

Даже если проводить самые лучшие информационные кампании и вносить изменения для обеспечения доступа ко всем демографическим группам, ПБ сталкивается с определенными структурными ограничениями. Граждане не могут использовать ПБ для повышения минимальной зарплаты, строительства доступного жилья на 50 миллионов евро или запрета одноразового использования пластика. Само по себе ПБ "никогда не изменит судьбу бедного района", - говорит Аллегретти. Оно не решает всех проблем и не делает ненужными другие политические вмешательства.

Я спросил нескольких человек из городского штаба, что произойдет, если Кашкайш отменит бюджетный лимит в 350 000 евро или увеличит ежегодные расходы на ПБ с нынешних 15 % инвестиционного бюджета до примерно 50 %. По их словам, это не невозможно, но потребует больше персонала и, возможно, более длительного технического анализа. Проекты стоимостью в миллионы евро потребуют более ожесточенной кампании, которая может оказаться на руку более влиятельным и организованным группам. Реализация также может занять больше времени. При превышении определенного размера эффективность и прозрачность могут снизиться.

Люди, работающие над ПБ для города, шутят, что неясно, управляет ли Кашкайш ПБ или наоборот. Поскольку бюджетные ассигнования на ПБ зависят от количества участников, его размер теоретически может расти, достигать плато или даже сокращаться. В 2011 году в голосовании приняли участие всего 6 903 человека, и 2,1 млн евро было потрачено на 12 проектов. В 2017 году в голосовании приняли участие 75 357 человек, а на финансирование 27 проектов было потрачено 6,3 млн евро. В течение первых десяти лет, с 2011 по 2021 год, почти 500 000 человек проголосовали за распределение 45 миллионов евро на 198 проектов-победителей. На данный момент PB настолько глубоко вплетена в культуру и политику города, что трудно представить ее полное исчезновение. Диас считает, что город переживает "каскадную демократизацию институтов". Поскольку ПБ создает ожидания прозрачности и участия в принятии ключевых решений, люди переносят эти ожидания в школу, на работу и во взаимодействие с государственными чиновниками.

ТУРИЗМ, ЖИЛЬЕ, ВАЛЮТА

Кашкайш больше известен как сверкающий морской курорт, чем как пионер экономической демократии. Город был магнитом для элиты на протяжении сотен лет. В XIX веке сезонный приток богатых гостей строил роскошные особняки вдоль побережья, формируя эстетику "летней архитектуры", отличающуюся пышной эксцентричностью. В Кашкайше жили короли Англии, Португалии, Италии и Великобритании.