Читаем Темноборец полностью

Мышечные волокна накручивались на невидимое веретено, вращаясь попеременно в направлении по часовой стрелки и против нее. Стопарин чувствовал каждое волокно по отдельности. Боль, передававшаяся ранее от конкретного органа или мышцы, теперь капала на мозг с каждой клетки организма отдельно, усиливаясь во сто крат.

Андрей застонал и скрючился пополам. Вместе с ним истошно стонали его мышцы. Кто бы мог подумать, что мгновенная телепортация так тяжело переносится организмом?

В вылезающих от боли на лоб глазах темноборца читалось осознание необходимости существования имитационных самолетов и кораблей. Выходит, что дело не только в дизайне и дани традициям. Сохранение временных пропорций перемещения из точки А в точку Б обеспечивает снижение стресса, испытываемого организмом при телепортации. Но могли бы и предупредить о побочных эффектах! С какого перепуга Карпатову пришло в голову строить портал со столь болезненным перемещением?

А может, не было никакого Карпатова? Может, вообще ничего не было? Подхватил лихорадку, уснул в своем доме на унитазе, пытаясь опорожнить кишки и очистить организм от токсинов и шлаков. Во сне сочинил себе страшную приключенческую историю, порожденную болезненным бредом. Если так, то с какого момента заканчивается реальность и начинается бред?

Андрей потряс раскалывающейся на куски головой, чтобы отогнать от себя наваждение. Нет, это не его домашний туалет. Это общественная уборная. Довольно-таки чистая, можно сказать, выдраенная до блеска. Белый унитаз, огражденный серовато-бежевыми поликарбонатными стенами туалетной кабинки. Металлический держатель для туалетной бумаги, прикрученный на двух шурупах. Керамическая плитка, устилающая полы.

«Где я?» – спросил себя Андрей и попытался восстановить хронологию событий. Вот он заканчивает разговор с Турием и художником, хватает со стола свечи и, ничего не объясняя Олегу, выскакивает на улицу. Перебегает дорогу по направлению к набережной Москвы-реки. Отскакивает в сторону от несущегося на него автомобиля. Размахивается и забрасывает горящие в руках свечи как можно дальше в реку. Прощай, художник! Посотрудничали – пора и честь знать!

Но свечи не тонут. Они поднимаются из воды, не теряя своего колыхающегося на ветру огонька, и летят обратно к Андрею в руки.

«Решил от меня избавиться? – восклицает художник. – После всего, что я для тебя сделал? Ты не представляешь себе мою мощь! Да ты помыслить не можешь, что я способен с тобой сотворить!» Андрей понимает, что ошибался, вступая в схватку с превосходящим его, даже несмотря на свою бестелесность, художником. Андрей извиняется и бережно укладывает свечи в заплечный рюкзак. Андрей извиняется на коленях. Разумные существа смотрят на него в окна окрестных кафе, как на безумца. Он извиняется за испорченный вечер и перед ними. Но они не способны прочитать по губам его извинения, транслируемые по ту сторону стекол. Он стоит на коленях перед парящими в воздухе свечами. Какая нелепость!

А затем не одно, так другое. После встречи с художником встреча с Турием в стенах Кремля. Вроде бы приветливый разговор ни о чем. Вроде бы дружеские объятия. Обсуждение условий телепортации. В случае заражения не покидать зону, отрезанную от внешнего мира ограничителями. Не создавать угрозу обществу Мидлплэта.

Все это, конечно, хорошо, но что, если в погоне за Скрижалью Ответственности темноборец наткнется на реальную опасность? Что, если он действительно заразится? Страх вперемешку с решимостью. Надо действовать.

Художник. Размышления о его сущности всплыли отдельным воспоминанием. Художник просил Андрея помочь ему умереть. Нечто подобное Андрей уже слышал. Разумеется! Рассуждения, типичные для призрака. Художник не создавал новую форму живого. Он превратил себя в призрака, с тем лишь отличием, что вместо того, чтобы прирасти к чье-либо внематериальной частице, он прикрепился к картине. Но призрачий компас активен, он действует, заставляя владельца искать своей смерти.

Разочарование. Какое же разочарование осознавать после всех разговоров о высоком, пусть и маниакальном, искусстве, что на деле все сводится к простым биологическим процессам. Нет никакого искусства в сознании у художника! Художественные образы призрака не самоценны. Они служат оправданием для поступков, диктуемых призрачьим компасом.

Обидно. Андрей, существо далекое от искусства, несмотря на все отвращение, вызываемое художником, вдохновлялся его разговорами об искусстве. А эти разговоры яйца выеденного не стоят! Чушь!