Умолкнув, она обвела взглядом собравшихся в зале и увидела гневные взгляды и разинутые рты.

– Она одержима демонами? – послышался наконец голос короля.

– Какой ужас… – протянула королева.

– Ужас! – закивали придворные дамы, закатив глаза. Придворный подошел поближе и, казалось, готов был задушить Лидию.

Но принцесса рассмеялась! Мало того, она стала кружиться по залу в своем пышном платье, к ужасу придворных дам, следивших за каждым ее движением. Докружившись до Лидии, принцесса погладила ее по щеке. Глаза горели, на лице играл румянец.

– Ах, шут! Как ты славно поешь, шут! – воскликнула она. – Какая веселая песенка! Теперь она будет моей любимой песней, завтра ты споешь ее мне еще раз!

– Нет, Маргарита, это непристойно, не хочу слышать ничего подобного! Это не песня, а звериный вой! – строго возразила королева. – Тебе следует задуматься о своем поведении, как положено ее высочеству инфанте Испании!

– Но я хочу! Я так желаю! – Принцесса Маргарита топнула ногой так, что пышные юбки закачались. – Я желаю слышать эту песню каждый день!

– Довольно, Маргарита! – строго произнес король. – Веди себя прилично!

Лидия не знала, что делать. Она очень надеялась, что за ужасное пение ее накажут, выгнав на улицу, – уж лучше так, чем оставаться среди этих церемонных людей в ужасном дворце. Но что же будет с ней теперь? Лидия тайком оглядывала присутствующих.

Придворные дамы опускали взгляд, но Лидия заметила их несмелые улыбки. Карлица многозначительно качала головой. Лицо Веласкеса не выражало ровным счетом ничего.

– Маргарите пора на урок, – сказала королева. – А завтра, в час пополудни, – новый сеанс позирования, не так ли, сеньор Веласкес?

Тот поклонился.

– А этого странного шута выведите отсюда, Хосе, и найдите ей комнату, раз уж ей положено жить во дворце, в чем лично я, впрочем, сильно сомневаюсь. Пусть о ней позаботится Мария Барбола, – добавила королева, кивнув в сторону карлицы, которая присела в ответ.

Придворный поклонился с неестественно прямой спиной. Король и королева прошествовали к дверям, за ними последовала принцесса Маргарита и обе придворные дамы. Все, мимо кого они проходили, кланялись и приседали, и Лидия в том числе. Церемоний она не знала, но и стоять столбом не решалась.

– Завтра увидимся, шут! – крикнула принцесса напоследок. Придворные дамы зашикали. – Ты мне еще споешь!

– Следуй за мной. – Придворный Хосе довольно грубо схватил Лидию за руку. – Не понимаю, что ты за персона, но обязательно разузнаю у тех, кто тебя прислал. И куда только подевались все приличные шуты! Стыд и срам. Не то что раньше, – бормотал он, подталкивая Лидию перед собой.

Карлица Мария Барбола и паж последовали за ними, о чем-то перешептываясь. Замыкала шествие собака. Последнее, что увидела Лидия, был Веласкес, собирающий свои кисти. Она попыталась разглядеть, что он успел изобразить на огромном холсте, но Хосе сердито вытолкнул ее из зала, после чего дверь за ними захлопнулась.

Дворец

Ночью Лидия проснулась от того, что во сне звала маму. В комнате было жарко и темно, и Лидия не сразу поняла, где находится. Вспомнив прошедший день, она чуть не заплакала от тоски, но тут ее руки коснулось что-то мокрое. Это был язык пса, которого, как она успела узнать, звали Фьело. Пес лизал руку Лидии, будто хотел утешить и успокоить.

– Фьело хороший, – прошептала Лидия, гладя его по голове.

Такое обращение пришлось псу по вкусу, и он запрыгнул на кровать, чтобы улечься в ногах у Лидии. Оба быстро уснули и проснулись, только когда в комнату, уже освещенную солнцем, вошла Мария Барбола. Ее нахмуренные брови и толстые щеки выглядели так забавно, что Лидия не могла не улыбнуться. Мария Барбола улыбнулась в ответ. И через секунду они уже были друзьями.

Они отправились осматривать дворец. Вообще-то без сопровождения придворных им разрешалось находиться только в той его части, что была отведена прислуге, но Мария Барбола, похоже, не слишком строго соблюдала правила. Быстро перебирая короткими ножками, она водила Лидию по всему замку, от подвалов до самых верхних этажей.

Дворец вселил в Лидию ужас: длинный ряд мрачных темных залов заканчивался лестницей, которая вела к другому ряду таких же холодных и пустынных комнат. Если бы Лидия гуляла по дворцу одна, то обязательно заблудилась бы – такой он был огромный. Хосе предупредил, что ей не позволяется покидать дворец без его разрешения и, если она ослушается, будет наказана. Когда Лидия рассказала об этом Марии Барболе, та только рассмеялась.

– Можешь выезжать со мной, – сказала она. – Хосе – старый самодовольный индюк, но спорить со мной он не смеет, ведь я любимица королевы.

Во время прогулки Мария Барбола рассказала, как попала во дворец. Родилась она в горной деревушке. Когда родители обнаружили, что их дочь не растет, они сильно огорчились. Они решили, что Мария Барбола ни на что не годится: работать она не может из-за маленького роста, и замуж ее никто не возьмет. Соседские дети дразнились и бросали в нее камни.