Читаем Стрельцы московские полностью

Тревожный характер XVII столетия, наполненного бесчисленными войнами, народными бедствиями и смутами, вынуждал правительство держать в столице значительное число стрельцов, выполнявших как военные, так и полицейские функции. Вплоть до начала 80-х годов они оставались надежным оплотом правящей династии. Если в дни «соляного бунта» 1648 г. в Москве среди стрельцов еще наблюдалась некоторая «шатость», то позднее, в июле 1662 г., народные волнения, прозванные «медным бунтом», были пресечены наличными силами стрелецкого гарнизона. Достаточно частым явлением были и посылки московских стрельцов в различные уезды для поимки многочисленных разбойничьих шаек, промышлявших вблизи

дорог. Неспокойными были даже ближайшие окрестности Москвы. В 1675 г. власти организовали специальную операцию по зачистке местностей, прилегавших к дорогам, шедшим к столице. Стрельцам было велено очистить от воровских станов всю округу в радиусе 50 верст от города. Вдоль Москвы-реки зачистке подлежали территории, лежавшие в пределах 100 саженей от ее берегов.

О том, сколь не просто было стоять на страже существовавших тогда законов, поведал в своем дневнике П.И.Гордон. Однажды власти узнали, что солдаты держат водку в одном из домов в Немецкой слободе. Подьячий с 20–30 стрельцами явился на выимку и нашел запрещенное питие, хотя солдаты успели спрятать водку в саду. Стрельцы взяли ее с собой и захватили нескольких солдат, но на помощь задержанным прибежали другие солдаты, освободили товарищей, отняли водку и гнали стрельцов до городских ворот. Тут стрельцы получили подкрепление, и солдаты вынуждены были отступить. Но скоро и они получили подмогу: солдат набралось около 800 человек, стрельцов было около 700. Завязался бой на узких улицах, и солдаты вогнали стрельцов в ворота Белого города, но на помощь к стрельцам явилось 600 товарищей с главного кремлевского караула и отрезали путь тем солдатам, кто оказался внутри стены. 22 человека были схвачены и на другой день биты кнутом и сосланы в Сибирь⁵⁸.

Не раз прибегали к помощи стрельцов и церковные власти. По свидетельству Павла Алеппского, в 1654 г, патриарх Никон организовал устрашающую акцию, направленную против лиц, допускавших отступления от греческих обрядов. По его приказу из всех частных домов были собраны иконы, рисованные «по образцам картин франкских и польских». Изображенным на них ликам святых были выколоты глаза. После этого стрельцы носили обезображенные иконы по городу, крича: «Кто ныне будет писать иконы но этому образцу, того ждет примерное наказание».

Исполнение каких-либо наказаний, назначаемых за различные преступления, всегда происходило в присутствии многолюдной стрелецкой стражи, оцеплявшей место проведения казни, к которому конвой стрельцов доставлял приговоренных. Московским стрельцам поручалось также сопровождать до определенного пункта ссылаемых и каторжников, которых после доставки к означенному месту конвоиры передавали местным властям для дальнейшего препровождения. Иногда в подобных мероприятиях были задействованы десятки, а то и сотни стрельцов.

После подавления «медного бунта» 1662 г. в Москве к ссылке были приговорены многие сотни горожан. Для их конвоирования в Казань,

Астрахань и далее в Сибирь был сформирован сборный отряд стрельцов, командовать которым назначили стрелецкого голову Андрея Бестужева. В подчинение ему были приданы четыре сотника со своими сотнями стрельцов из приказов Григория Оладьина, Авраама Лопухина, Василия Пушечникова и Тимофея Полтева. Для этой посылки стрельцам на корм было выдано по 3 полуосмины сухарей, по четверику круп и толокна⁵³.

Неотъемлемой частью стрелецкой службы были и частые посылки для сопровождения царских посланников, направляемых с различными поручениями в разные концы страны. Охраняли стрельцы и караваны заморских купцов, грузовые суда, перевозившие всякие государевы и патриаршие припасы, и даже принимали участие в геологических экспедициях. Четыре стрельца полковника и головы стрелецкого Семенова приказа Полтева иод началом стрельца Ивана Блинова сопровождали в 1663 г. рудознатца Максима Токарева, посланного «за Камень, за Паманеную гору, к Ваграну озеру» искать серебряную руду. Найти ее экспедиции не удалось, но в Чердынь стрельцы доставили более пуда медной руды, обнаруженной в тех местах*.