Читаем Стрельцы московские полностью

Попавших в плен стрелецких сотников и пятидесятников бунтовщики безжалостно перебили и утопили в реке. Самого голову Ивана Лопатина казаки подвергли пыткам, а затем также «посадили в воду». Пощадили лишь полуголову Федора Якшина, раненного в руку. По свидетельству одного из участников этой драмы многих стрельцов разницы бросали в воду живыми, связав по два человека, и, понося бранными словами, кололи копьями. Выживших Степан Разин повелел определить в гребцы. Называл он их не иначе как «ворами и мясниками», заставляя силою брить стрельцам бороды «догола», Их товарищей, умиравших от болезней и ран, атаман запретил исповедовать и хоронить на церковных кладбищах. Позднее участь стрельцов Лопатина разделили многие московские стрельцы, несшие службу в Астрахани.

Вести о событиях, происходивших в понизовых городах, стали поступать в столицу уже в июне. Все царицынские выходцы, добравшиеся до Москвы, получили из казны новые комплекты обмундирования («по сукну, по шапке, по сапогам»), а также денег по 1 рублю. Вскоре на подавление бунта были брошены главные силы царского войска. В карательных походах 1670 — 71 гг. приняло участие более половины стрелецкого гарнизона Москвы. Но даже в самые трудные для правительства минуты на гарнизонной службе в столице всегда оставалось достаточное число стрельцов, оберегавших покой «царствующего града».

Организацией столичной гарнизонной службы ведал Стрелецкий приказ, определявший численность караулов и очередность заступления в них стрелецких подразделений. Охрану главных стратегических объектов — царского дворца в Кремле и центральных городских укреплений нес «стенной» караул. Ежедневно в него заступал в полном составе один из стрелецких приказов. Посты, выставлявшиеся вокруг царского дворца, осуществляли внешнюю охрану здания. В обычные дни на посту у парадного Красного крыльца находилась сотня стрельцов. Такое же число караульных стояло у дворцовых Красных ворот со стороны Боровицкой башни Кремля. Около 80 стрельцов стояло по двору у Сретенских и Курятиных ворот, а также у Дворцового и Постельного крыльца.

По воротам кремлевской крепости, с внутренней стороны, располагались караулы, каждый из которых состоял из десятка стрельцов. С внешней стороны, у Боровицкого моста через Неглинку, у Отводной («Кутафьи») башни, у мостов, перекинутых через крепостной ров со стороны Красной площади, стояло по полудесятку караульных. По 10 человек из числа «стенного» караула находилось у каждых из пяти ворот Китай-города. Кроме охраны царского дворца, кремлевских и Китайгородских ворот «стенной» караул выставлял посты у многих других объектов, расположенных в центральных районах города. На территории Кремля постоянная стрелецкая стража стояла у помещений некоторых Приказов, возле пушечного наряда, под сводом Патриаршего дома, у пыточного застенка, находившегося в Кон-стантино-Еленинской башне. Их численность была различной — от 2 до 30 человек. В Китай-городе многолюдные караулы, насчитывавшие 20–30 стрельцов, непременно находились у Английского двора, у здания тюрем близ Варварских ворот, а также у Посольского двора.

Случалось, что в приказах, заступавших в «стенной» караул, на все посты стрельцов не хватало, и тогда «в дополнку» к ним придавались стрельцы из иных приказов. В особые дни, когда во дворце проводились какие-либо торжества, стрелецкая стража в Кремле увеличивалась в 2–3 раза. По праздникам с царского стола караульным стрельцам давались обильные корма и питье. Иногда жаловали государи своих служилых людей, стоявших «у ружья», и деньгами. При царе Алексее Михайловиче, довольно часто совершавшего пешие прогулки но городу, стрельцы, сопровождавшие его, получали по рублю. Караульные, мимо которых проходила царская процессия, получали по полтине. Меньшие суммы, от б денег до 2 гривен, получали стрельцы во время шествий патриархов.

Для оберегания государей во время их внеурочных походов и других экстренных случаев существовал «прибылой» караул. Так 16 октября 1667 г, царь Алексей Михайлович «изволил идти в карете за Тверские ворота к Страстному монастырю». Сопровождать его до Никольских ворот Кремля был послан Ермолаев приказ Баскакова, стоявший на «стенном» карауле. От кремлевских ворот до Тверских ворот Белого города сопровождали государя стрельцы Федорова приказа Александрова, взятые с «прибылова Лыкова двора». К Тверским воротам встречать царя был направлен Семенов приказ Челюсткина, слобода которого располагалась неподалеку. Его стрельцы расположились по обе стороны улицы до самых стен монастыря. Им же было доверено шествовать за государем до кремлевской Соборной площади на обратном пути⁵².