Читаем Страна мальборо (СИ) полностью


- Ты разбираешься в телефонах? - спросил тот, что был немного помоложе и в очках, водруженных на рог.



- Немного!



- Помоги ему! - молодой указал на пожилого, жалкого носорога, обречено сжимающего в копытах сотовый телефон - Ему сообщение надо отправить, а он не знает как!



- Хорошо! - я протянул руку, чтобы взять мобильник у старого, но тот отчаянно закрутил головой и показал на выход, где шум раздавался гораздо тише.



Мы вышли с ним на высокий бетонный парапет и я повторил попытку изъятия телефона. На этот раз мне удалось. В моих руках оказалось нечто допотопное, а допотопное, вовсе не есть определение простого.



Пошарканным копытом он протянул мне бумажку, на которой корявым почерком был написан номер и буква "Л" в двух вариантах, латинская и стандартная.



- Тариф я новый себе подключаю! Оплатил, сообщение пришло, что оплачено, а теперь им надо отправить сообщение с буквой "Л", чтобы подтвердить! Сможешь?



- Запросто!



Телефон на поверку оказался не просто стар, а неимоверно стар. Большинство функций работало совершенно не так как в обычном телефоне, а те, что работали, выполняли совершенно иные команды. За пару минут я разобрался, что к чему, но к этому моменту пожилой носорог принялся заметно нервничать. Неторопливо переминался с копыта на копыто, благо их у него четыре, то и дело заглядывал в крошечный дисплей и постоянно спрашивал:



- Ну, как?



- Сейчас все будет готово!



- Ты только мне настройки не сбей, а то я по-английски не понимаю!



- Там все просто!



- Это тебе просто, а я не понимаю! Ну, как?



- Сейчас!



- А, может ты не умеешь? Так и скажи, что не можешь! Я найду другого, кто отправит мне сообщение!



- Сейчас! Телефон отстойнейший, такого дерьма мне еще не приходилось даже видеть, не говоря уже об обращении с ним!



Похоже, что эти слова были последней каплей в чаше его неимоверного терпения. Шумно сопя он выхватил свой мобильник из моих рук и ни слова не говоря, скрипнув копытами по бетону скрылся в грохочущем аду. Несколько минут спустя я увидел его вновь, печально покачивая морщинистой мордой он уныло слонялся в поисках кого-нибудь живого, кто соображает в сотовых телефонах. Взглянув ему в глаза, я улыбнулся и понял, что желание помогать кому бы то ни было, у меня медленно, но верно исчезает. Творить добрые и бескорыстные дела больше не хотелось. Правильно говорят: "От добра - добра не ищут!".



* * *


Перейти на страницу:

Похожие книги

Мизери
Мизери

От автора:Несколько лет назад, прочитав в блестящем переводе Сергея Ильина четыре романа Набокова американского периода ("Подлинная жизнь Себастьяна Найта", "Пнин", "Bend sinister" и "Бледное пламя"), я задумалась над одной весьма злободневной проблемой. Возможно ли, даже овладев в совершенстве чужим языком, предпочтя его родному по соображениям личного или (как хочется думать в случае с Набоковым) творческого характера, создать гармоничный и неуязвимый текст, являющийся носителем великой тайны — двух тайн — человеческой речи? Гармоничный и неуязвимый, то есть рассчитанный на потери при возможном переводе его на другой язык и в то же время не допускающий таких потерь. Эдакий "билингв", оборотень, отбрасывающий двойную тень на два материка планеты. Упомянутый мной перевод (повторяю: блестящий), казалось, говорил в пользу такой возможности. Вся густая прозрачная вязкая пленка русской набоковской прозы, так надежно укрывавшая от придирчивых глаз слабые тельца его юношеских романов, была перенесена русским мастером на изделие, существованием которого в будущем его первый создатель не мог не озаботиться, ставя свой рискованный эксперимент. Переводы Ильина столь органичны, что у неосведомленного читателя они могут вызвать подозрение в мистификации. А был ли Ильин? А не слишком ли проста его фамилия? Не сам ли Набоков перевел впрок свои последние романы? Не он ли автор подробнейших комментариев и составитель "словаря иностранных терминов", приложенного к изданию переводов трех еще "русских" — сюжетно — романов? Да ведь вот уже в "Бледном пламени", простившись с Россией живой и попытавшись воскресить ее в виде интернационального, лишенного пола идола, он словно хватает себя за руку: это писал не я! Я лишь комментатор и отчасти переводчик. Страшное, как вдумаешься, признание.

Галина Докса , Стивен Кинг

Проза / Роман, повесть / Фантастика / Повесть / Проза прочее