Читаем Страна мальборо (СИ) полностью


- Это совершенно не телефонный разговор! Да и как я удержу в копытах трубку, есть, правда отдельные представители моего вида, которые умеют пользоваться телефонами! Они у нас, считаются продвинутыми! Я хоть и парнокопытное, но всему есть свой предел, я ведь не идеальна! - носорог снова поерзал в кресле.



Моя и без того тесная квартира стала еще меньше поместив в свою утробу красного гиганта. Её маленькие алые глазки неотрывно следили за каждым моим движением. Порог этой квартиры никогда прежде не переступала нога представительницы прекрасного пола, но сегодня вышло совершенно иначе.



В дверь позвонили, хотя за все время проживания здесь звонок ни разу не заработал. Я оторвался от чтения и пошел посмотреть кто там, но как только щелкнул замок, двери распахнулись и в квартиру, словно вихрь ворвалась уже знакомая мне самка красного носорога. Ни приветствия, ни просьбы о том, чтобы войти я не услышал. Мне просто навязали данность ситуации и теперь, придерживая полки с книгами, я размышлял о том, что эта квартира никогда не видела женщины, с тех пор как я обитал здесь.



Небольшое, но в то же время, просторное для одиночества двух комнатное жилище. Всего по необходимому минимуму: одно кресло, один стул, один стол, кое-что из бытовой техники, но телевизор, по причине ненужности, отсутствовал. Все мои знакомые барышни не имели ни малейшего представления где я проживаю и я никогда не стремился увидеть хотя бы одну из них здесь, в святая святых моего покоя. Хотя попытки проникновения были, но все они жестко пресекались, отбивая желание к продолжению вторжения.



- Может, кофе предложишь? Это выглядело бы с твоей стороны элементарной вежливостью!



- Я не пью кофе и поэтому у меня его нет, а во вторых, как ты чашку будешь копытом держать?



- Ха, ставь чайник, сейчас увидишь! - усмехнулась красноглазая барышня и вытащила из сумки на боку банку растворимого кофе "JACOBS".



Взяв кофе и оторвавшись от книжной полки, я побрел на кухню. Набрал воды из-под крана, зажег конфорку на газовой плите и прикурив сигарету, полез в шкаф за чашкой. Раздался топот, от которого, как мне показалось, затрясся весь дом, от девятого этажа до самого основания. С трудом протиснувшись сквозь узкую дверь, она пробралась на кухню и уселась на табуретку:



- Мне там скучно одной! Я составлю тебе компанию, ты не против? Дай сигарету!



- Капля никотина убивает лошадь!



- Так я ведь не лошадь, а носорог! - её верхняя губа обиженно сморщилась.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Мизери
Мизери

От автора:Несколько лет назад, прочитав в блестящем переводе Сергея Ильина четыре романа Набокова американского периода ("Подлинная жизнь Себастьяна Найта", "Пнин", "Bend sinister" и "Бледное пламя"), я задумалась над одной весьма злободневной проблемой. Возможно ли, даже овладев в совершенстве чужим языком, предпочтя его родному по соображениям личного или (как хочется думать в случае с Набоковым) творческого характера, создать гармоничный и неуязвимый текст, являющийся носителем великой тайны — двух тайн — человеческой речи? Гармоничный и неуязвимый, то есть рассчитанный на потери при возможном переводе его на другой язык и в то же время не допускающий таких потерь. Эдакий "билингв", оборотень, отбрасывающий двойную тень на два материка планеты. Упомянутый мной перевод (повторяю: блестящий), казалось, говорил в пользу такой возможности. Вся густая прозрачная вязкая пленка русской набоковской прозы, так надежно укрывавшая от придирчивых глаз слабые тельца его юношеских романов, была перенесена русским мастером на изделие, существованием которого в будущем его первый создатель не мог не озаботиться, ставя свой рискованный эксперимент. Переводы Ильина столь органичны, что у неосведомленного читателя они могут вызвать подозрение в мистификации. А был ли Ильин? А не слишком ли проста его фамилия? Не сам ли Набоков перевел впрок свои последние романы? Не он ли автор подробнейших комментариев и составитель "словаря иностранных терминов", приложенного к изданию переводов трех еще "русских" — сюжетно — романов? Да ведь вот уже в "Бледном пламени", простившись с Россией живой и попытавшись воскресить ее в виде интернационального, лишенного пола идола, он словно хватает себя за руку: это писал не я! Я лишь комментатор и отчасти переводчик. Страшное, как вдумаешься, признание.

Галина Докса , Стивен Кинг

Проза / Роман, повесть / Фантастика / Повесть / Проза прочее