В последний раз дерзко прокричав свое «йип-йип-йип», четверо оставшихся в живых врагов сели на лошадей и поскакали в сторону своего лагеря, ведя в поводу коней павших товарищей и еще одного, большого, черного, который принадлежал Барсуку.

— Он был храбрым воином, — торжественно сказал Снимающий Голову Рыжему Псу.

— Да, мой вождь, но иногда он ошибался.

Подбежал Койот, улыбка озаряла его грязное потное лицо. Кивнув молодому Кровавому, он обратился к вождю.

— Они уходят! — произнес он, указывая на равнину.

Хотя факел Солнечного Мальчика уже клонился к закату, Крушители Черепов снимали лагерь. Самые расторопные уже готовы были двинуться через холмы на юг. Враги поспешно складывали типи и собирались в путь.

Тут Снимающий Голову вспомнил еще кое о чем.

— Где ваши женщины? — спросил он Рыжего Пса.

— Примерно в двух солнцах к северу, — отозвался тот. — Они у Земледельцев. Мы пришли туда торговать, и Земледельцы рассказали нам обо всем, — он обвел рукой пространство перед собой. — Крушители Черепов послали весть, они звали всех прийти сюда и поучаствовать в уничтожении клана Лошади.

Молодой воин надолго умолк, потом заговорил снова, и в голосе его теперь звучали нерешительность и почтение.

— Вождь, будут ли нам рады в вашем лагере?

Снимающий Голову был поражен. Он уже почти забыл о решении Большого Совета. Не слишком хорошо разбираясь в обычаях племени, он не знал, что сказать.

Неожиданным явилось уже то, что Кровавые живы. Очевидно, враг был настолько занят кланом Лошади, что не заметил маленькую слабую группу Кровавых, затерявшуюся в прерии.

Но теперь положение Кровавых было непонятным. Их предводитель мертв, а решение Большого Совета касалось именно его. Но ведь другие ушли из племени, чтобы последовать за ним.

Что касается членов клана Лошади, они, похоже, не сомневались в том, как отнестись к Кровавым. Раздались теплые приветствия, радостные крики; старые друзья обсуждали все произошедшее. Женщины, дети и старики с радостными воплями выбрались из лесной чащи. Плачущая мать обнимала сына, с которым простилась, казалось, навсегда, и ее слезы смывали злосчастную красную полосу с его лица. Снимающий Голову торопливо покончил с делами на равнине и поскакал к лесу в поисках жены. Высокий Тростник кинулась навстречу:

— Что случилось, муж мой? Говорят, пришли Кровавые!

Снимающий Голову спрыгнул на землю и сгреб жену в охапку:

— Дети целы?

— Да, атака еще только начиналась.

То тут, то там печальные голоса выводили Песню Скорби. Да, в клане были потери. И все же то, что они вообще уцелели, было таким неожиданным счастьем, что общим чувством стало ликование.

Из укрытия привели детей, и они побежали искать родных. Подошедшая Ворона протянула крошечного Сову матери.

— Знаки были добрыми! — напомнила она женщине, лукаво улыбаясь.

День быстро клонился к вечеру. Кто-то уже разжигал большой костер в центре лагеря. Сегодняшний праздник в честь победы не сравнится ни с чем, виденным ранее. Но сначала, понимал Снимающий Голову, он должен созвать совет.

— Койот! — позвал вождь.

— Да, Снимающий Голову, ты хочешь провести совет? — Маленький воин, как всегда, был прав.

Снимающий Голову кивнул и знал, что весть об этом уже понеслась по лагерю. Как раз теперь самое время пойти поговорить с Белым Бизоном о его поразительном прорицании.

Глава 37

Близилось время совета, а празднование уже началось. Белый Бизон важно расхаживал по лагерю во всем великолепии своей раскраски и пышного наряда. Он едва успевал принимать поздравления и благодарности за столь удивительный поворот событий.

Снимающему Голову было интересно, верил ли сам шаман в свои предсказания? Объективно говоря, это был очень умный ход. Если клан уцелеет, все будут помнить, что знаки им благоприятствовали, и уважение к магии Белого Бизона безмерно возрастет. Если же нет, это будет уже неважно. Вместе с кланом Лошади умрет и память о пророчестве шамана.

Молодой вождь бесконечно восхищался умением Белого Бизона извлекать выгоду из любой ситуации. И неизменно в результате его авторитет возрастал и могущество славилось.

Снимающий Голову однажды спросил об этом своего тестя.

Койот только пожал плечами:

— Кто знает? Белый Бизон — хороший шаман.

Что же касается сегодняшних событий, то Снимающий Голову сильно подозревал, что старик намеренно сказал, что знаки добрые. Терять ему было нечего, а приобрести он мог очень многое. И в то же время шаман выглядел неподдельно изумленным, когда читал предсказание. Или это тоже было частью игры?

«Какая разница», — в конце концов решил молодой вождь. Койот в любом случае был прав, говоря, что Белый Бизон — хороший шаман.

Может, это высказывание и является ответом на все вопросы. Снимающий Голову пожал плечами. Так или иначе, он никогда не узнает правды.

Вернулись Высокий Олень, Серая Цапля и несколько Кровавых — они ездили осматривать окрестности. Похоже было, что Крушители Черепов и вправду ушли. В спешке враги бросили в покинутом лагере большую часть припасов. Осталось даже одно вполне пригодное типи и множество шестов.