Читаем Раскол племен полностью

Снимающий Голову бродил по лагерю, стараясь сказать каждой скорбящей семье хоть пару слов. Ему было неловко, но от него, как от вождя, ждали, что он отметит каждого павшего отдельно.

Внезапно Снимающий Голову наткнулся на Лягушку, мать Барсука. Кровавые принесли тело молодого воина с холма, и теперь старая женщина совершала погребальный обряд.

«У нее больше никого нет, — напомнил себе Снимающий Голову. — Ее муж умер, и она существует только благодаря помощи семьи ее брата. Каким же трудным должен был стать для нее этот год», — смущенно подумал молодой вождь.

Как он раньше об этом не подумал? И что тут скажешь?

— Мне очень жаль, мать. — Он положил руку ей на плечо.

Старуха никак не отреагировала. Она лишь продолжала раскачиваться взад-вперед в такт причитаниям Песни Скорби. Снимающий Голову медленно пошел прочь. Он чувствовал себя неловко, но что еще он мог сказать или сделать?

Рядом тут же оказался Койот, заметивший смущение вождя.

— Все в порядке, Снимающий Голову. Лягушка просто хочет побыть одна.

Да, теперь Снимающий Голову наконец понял. Женщина не просто потеряла сына. Она не могла не знать, что из-за него чуть не погиб весь клан. Ей не позавидуешь. Вождь едва не повернул назад, чтобы сказать ей, что все понимает, но решил не делать этого.

Большая группа людей отправилась в покинутый вражеский лагерь. Несколько верховых воинов обеспечивали охрану. Еще одна группа людей рассыпалась по прерии, собирая разбежавшихся лошадей. Часть животных просто отбилась от табуна, других Крушители Черепов потеряли в неразберихе, а третьи лишились своих седоков в бою. На некоторых еще были заменяющие седла кожаные чепраки и порванные уздечки. Всех лошадей собрали в один табун и перегнали на луг поближе к лагерю, где молодые воины должны были стеречь их, не давая разбредаться.

Вскоре после того, как Солнечный Мальчик добрался до верхней точки своего дневного пути, новых лошадей согнали в кучу, и люди собрались вместе. Койот наедине уже успел дать совет своему зятю.

— Каждая семья по очереди будет выбирать себе лошадь, — объявил Снимающий Голову. — Первыми пусть подойдут те, у кого нет ни одной.

Представители семей по одному выходили вперед, осматривали животных и выбирали себе лошадь. Когда у всех стало как минимум по одному животному, все повторилось, и так было до тех пор, пока каждая лошадь не обрела хозяина.

Толпа рассеялась. Кто-то опробовал свое новое приобретение, кто-то занялся обменом, но большая часть клана просто отправилась собираться в путь. Нелегко будет упаковать пожитки семейства к следующему восходу солнца, но это совершенно необходимо.

Месяц Растущей Травы уже в разгаре. Клан Лошади опаздывает на Танец Солнца. Конечно, нужно будет отправить гонца с сообщением об этом, но позже, когда они подойдут ближе. Путь до Соленой реки, места, выбранного для Танца, займет много солнц.

Кроме того, им придется задержаться в пути, чтобы забрать семьи Кровавых, находящиеся в двух солнцах отсюда. Сейчас они у Земледельцев, это почти по пути, так что крюк получится небольшим.

Снимающий Голову некоторое время думал, не отправить ли Кровавых за их семьями, чтобы они присоединились к клану по пути, но отказался от этой затеи. Слишком рискованно было снова разделяться. Крушители Черепов, разъяренные поражением, непредсказуемы и опасны.

Люди тронулись в путь на следующее утро, еще до того, как полностью рассвело. Вещи были собраны и уложены в мешки из сыромятной кожи. Теперь у клана было достаточно лошадей, чтобы везти небогатый скарб и тащить запасные шесты для типи, взятые во вражеском лагере. Поскольку в обычных местах обитания Народа лесов было мало, хорошие шесты оказались весьма ценной добычей. Их можно приберечь до той поры, пока будет довольно шкур, чтобы сшить новые чехлы для жилищ.

Снимающий Голову поднялся на гребень холма, чтобы взглянуть на колонну, покидающую лагерь. Возглавляли ее Высокий Олень и Рыжий Пес, за ними шла первая из семей, поместившая чехол своего типи на волокушу из шестов, которую тащила лошадь. Все как всегда, клан спокойно покидает место стоянки, оставляя после себя обычный хлам. Однако в этот раз было меньше брошенных вещей, чем обычно. Люди не могут позволить себе выкинуть износившиеся мокасины или порванную одежду. В этом году их еще будут носить.

Снимающий Голову окинул взглядом верхушки дубов в лесу у подножия холма и весело сверкающую реку. Это место едва не стало последним лагерем в их жизни. Вождь уже не надеялся снова увидеть, как вереница лошадей ползет по прерии к следующей стоянке.

Этот лагерь останется в истории клана. Снимающий Голову уже слышал, как кто-то назвал место — река Кровавых, — в честь той потрясающей атаки, которая обратила неизбежный разгром в победу.

Белый Бизон сказал вождю, что уже придумывает, как записать все случившееся рисунками на Шкурах Преданий. Там будут лошади, напоровшиеся на колья у изгороди, и Кровавые, летящие в атаку по склону холма. Это будет великолепный рисунок, и называться он станет, сказал шаман, «год, когда мы ели лошадей».