Шарлотта кивнула и взялась дрожащей рукой за Амандину. Аманда держала руку Шарлотты в своей так долго, что та перестала дрожать. Потом Аманда помогла Шарлотте встать, и мы снова пустились в путь.

Через тихий, укрытый снегом город мы зашагали гуськом в сторону Глуши. Мы с Абди шли первыми и по очереди несли Сару. За нами следом Ниило – он пинал снег и свистел всю дорогу. Когда мы дошли до Одинокого проулка, Ниило нагнал нас.

– Что это за место? – с любопытством спросил он.

– Я называю этот проулок Одиноким, – ответил я и покосился из-под бровей на граффити, мимо которого мы как раз проходили. Я надеялся, что никто его не заметит.

– Одиноким, – повторила Сара.

– Молодец, Сара, в кои-то веки получилось правильно! – похвалил Абди.

– Потому что тут не было ни шипящих, ни «р», – заметил Ниило. – Это их она не выговаривает. А без них получилось правильно – Одинокий.

– Точно, – кивнул Абди. – Какой ты наблюдательный.

– Спасибо, – просиял Ниило. – Мне никто никогда такого не говорил.

– А вот теперь сказал. – Абди улыбнулся в ответ.

Чуть поодаль от нас шла Шарлотта. Время от времени ей приходилось останавливаться, чтобы подсобрать силы. Оттого, что она выбралась из своей комнаты, от смущения, от всего нового у нее то и дело подкашивались ноги. Последней шла Аманда, держа за руку Вейкко, который за всю дорогу не проронил ни слова.

Ирис ждала нас на крыльце.

– Альфред, скорей заходи, – воскликнула она, хватая меня за рукав.

– Что случилось?

– Скорее!

Ирис потащила меня прямиком за кухонный стол. На столе была расстелена газета, которую я, пока мы готовились к празднику, не успел прочитать. Ирис показала мне заметку на самом верху страницы. Там было фото старинной картины, а над ним заголовок: «Международная сеть арт-фальсификации на грани раскрытия». Согласно заметке, на мировых аукционах в последнее время участилась продажа произведений искусства, выдаваемых за оригиналы, но оказавшихся подделками. Подделки были выполнены так качественно, что их удалось выявить только благодаря сложным лабораторным анализам. Помимо имитаторов картин, в группировку входили еще посредники, мелкие преступники, которые помогали перевозить подделки из одной страны в другую. Один из таких перевозчиков был только что задержан с чемоданом в аэропорту. В статье утверждалось, что перевозчик – лишь случайно затесавшийся в группировку бедняга, но благодаря ему возможно будет выйти на след более серьезных преступников.

– Что там такое? – Ниило нетерпеливо заглянул мне через плечо.

– Тсс, – шикнула на него Ирис. – Дай Альфреду дочитать.

При задержании перевозчик сначала вел себя агрессивно, размахивал сумкой и выкрикивал ругательства на весь аэропорт, но потом успокоился. Он дал надеть на себя наручники и сказал с облегчением, что ну вот уже все закончилось, и ладно, единственное, чего он хочет, – это отдохнуть.

Я дочитал статью и подумал с грустью и удивлением, что вот теперь и мой отец, человек с двумя скоростями, каким-то странным образом очутился в круговороте мировых событий.

<p>Праздник</p>

В доме было тепло, светло, пахло яблоками и еловыми ветками, которые Аманда поставила в больших стеклянных банках на стол. В окнах горели свечи, наша оригинальная елка гордо стояла в своих ленточках и звездочках в глиняном горшке посреди комнаты.

– Как красиво! – восхитился Абди.

– Квафиво, – повторила Сара.

– Надо чем-нибудь помочь? – спросил Абди.

– Спасибо, Абди, – кивнула Аманда. – Дел хватит на всех. Ты можешь перенести на стол еду, а Ирис зажжет новые свечи. Альфред, а ты разогрей кашу, только не забудь помешивать.

Абди посадил Сару на пол и принялся носить на стол тарелки с фруктами и орехами и банки с вареньем. Ирис выковыряла из старых медных подсвечников стеарин и зажгла новые свечи. Мельба пришла обнюхать Сарины ножки, но быстро сбежала, когда Сара попыталась схватить ее за хвост.

– Кифа, – хихикнула Сара и поползла следом.

Ниило, посвистывая, сновал по дому и все исследовал. Он поднялся по лестнице наверх, съехал по перилам, опять поднялся, забрался на антресоль, перепрыгнул с лестницы на стул, с него на пол и так далее. Внутри него как будто все время работал мотор, который ни на секунду не давал ему остановиться. Вейкко и Шарлотта, наоборот, были в таком изумлении от всего происходящего, что не знали, где им встать и что сделать. Вейкко в конце концов уселся на Амандину кровать и застенчиво смотрел оттуда на происходящее. Шарлотта ходила вдоль стен, время от времени притрагивалась к какой-нибудь из вещей или даже брала ее в руки, но тут же быстро ставила на место, будто обожглась.

– Шарлотта, – позвала ее Аманда, накидывая шарф. – Поможешь мне в погребе?

Шарлотта, услышав свое имя, вздрогнула и прижалась к стене, но потом послушно пошла за Амандой.

– А ты, Вейкко, можешь помочь остальным накрыть на стол, – добавила Аманда. – Альфред, покажи Вейкко, где стоят миски для каши.

– А я? – крикнул с антресоли Ниило.

– А ты, раз уж оказался наверху, будешь дозорным – следи, чтобы ворона и кошка не покушались на еду.

– Есть, капитан, – отозвался Ниило, отдавая салют.