Когда я очнулся от своих мыслей, оказалось, что остальные уже сидят за столом, и я присоединился к ним. Я сел на свое место рядом с Астером, которому поставили стул во главе стола. С другой стороны сидели Аманда и Вейкко. Ирис уступила свое место Унни и передвинулась поближе к Астеру. Она гладила уснувшую на столе Мельбу и, сверкая глазами, рассказывала Астеру, что Харламовский принес ей письмо, в точности как сова Букля приносила письма Гарри Поттеру. Услышав свое имя, Харламовский на шкафу взъерошил перышки и слетел на стол за едой. Вейкко не отводил от Харламовского глаз и наконец сказал звонким голосом, что Харламовский похож на птичку, которую он, Вейкко, когда-то видел по телевизору. Ниило и Унни, перегнувшись друг к другу через стол, обсуждали что-то так горячо, что никто не мог уловить тему разговора. Абди весь вечер подкладывал всем добавку и заботился, чтобы каждому досталось то, чего хочется. Сара восторженно попискивала рядом с ним и иногда дотягивалась до вазочки с орехами. Шарлотта сидела ссутулившись, избегая чужих взглядов, но слушала внимательно и время от времени разражалась звонким смехом, почему именно – никто не знал.

Когда съели кашу, Аманда принесла глиняную форму с дымящимся яблочным пирогом. Потом она дважды свистнула Харламовскому, и он принес из кухни пакет с шоколадными шариками, обсыпанными кокосовой стружкой. Астер открыл свой портфель и достал коробку мармелада и шоколадный торт, украшенный ломтиками апельсина. На столе были булочки с корицей, имбирный кекс и, конечно, яблоки разных сортов. Прежде чем мы перешли к сладкому, Аманда налила каждому то, что ему нравилось, и мы подняли бокалы за всех присутствующих.

Ночью Ирис раздала всем слова песни, которую сама написала. Я не очень люблю петь, поэтому, никем не замеченный, ускользнул наверх и поднялся в темную башню. Силуэт радиопередатчика вырисовывался на фоне окна в свете фонарей и отблесках снега. Я сел на скамеечку у окна и посмотрел на ночной сад. И подумал, что сегодня суббота и скоро утро. Поэтому Унни и злилась. Она ждала выпуск «Радио Попова». Я не подготовил на эту ночь никакой программы, я ведь был уверен, что все слушатели в это время будут у нас. Но что, если слушателей действительно больше, чем я думаю? Если кто-то сейчас силится не уснуть, только чтобы дождаться передачи? Я приоткрыл люк, ведущий в башню, и услышал, как Ирис в доме учит остальных петь. И когда пробило три часа ночи, за секунду до того, как снизу раздалась песня, я включил радиопередатчик и направил микрофон вниз, в люк.

<p>Рождественская песнь от «Радио Попова»</p>

Дорогие слушатели, добро пожаловать, с вами рождественский эфир «Радио Попова»! Я Альфред, ведущий этой программы. В этот раз я не буду долго болтать, а предоставлю микрофон группе слушателей. Сегодня ночью они совершили нечто поистине смелое и революционное, то, что потребовало от них преодоления всевозможных препятствий, и вскоре выступят со своим номером программы. Так. Кажется, они уже готовы, так что, дорогие слушатели, в эфире рождественская песнь от «Радио Попова»!