Читаем Проверка на прочность полностью

– Потому что доктор мне прописал покой, – скучным голосом вымолвила я. Идея переезда к говорливой подружке явно не понравилась беременной сестрице, а я всегда чувствовала перемены в её настроениях. Почти всегда. – Нервная я стала в последнее время, Оля.

– Да я вам такой покой предоставлю, такой покой! – Ольга развернулась ко мне. – Маш, никого к тебе не подпущу, вот увидишь! Дашку с моими мужиками с утра в охапку – и на море, а ты отдыхай, сколько душе угодно! У нас, кстати, церковь рядом, благостнее места не найти! Из Олеськиного окошка она как раз отлично видна!

– Э-э-э… – растерялась Даша.

– Не получится, Оль, – ещё грустнее сказала я. – Мне только моя сестра и может помочь. Она мне стихи читает, понимаешь… Поэзия на меня благотворно действует…

– Вот видишь! – Ольга ущипнула сына за руку. – А тебе бы только в игрушки играть! Поэзия! Благотворно! Кстати, а в домике Чехова вы уже побывали?

– Да как-то не пришлось…

– Нет, серьёзно?!

– Ну да. А что там, в этом домике? – Я, честно говоря, от книг Чехова никогда не тащилась. И в его музей, в который ещё в детстве родители заманивали меня и кнутом, и пряником, попасть так и не удосужилась. В отличие от Дашки – она-то Антона Павловича просто боготворит!

– Музей! – вскричала Ольга. – Но даже и не это главное. Там красотища несусветная! Да я чуть ли не каждый день туда бегаю, скажи, сынок!

– Красотища, ага… – пробормотал сынок, занятый в этот момент, похоже, совсем другим. Я проследила за его взглядом – ну да, всё понятно. Будь я пятнадцатилетним юношей, я бы тоже жадными глазами поедала эту шикарную тёлочку, пардон, девицу, проходившую мимо. Самую большую площадь её экипировки занимали чёрные очки, всё остальное же – две тонкие белые тряпочки купальника и несколько золотых браслетов на руке – ничуть не скрывало, а даже выгодно подчёркивало её пышную красоту.

– А вот к Чехову я бы сходила! – загорелась вдруг Дашка. И посмотрела на меня. – Но только туда надо с раннего утречка топать, пока людей нет и не очень жарко. Маш?

– Нет, благодарю покорно, но это уже, пожалуйста, без меня! – я помотала головой. – Поэзия мне как-то ближе, чем проза, уверяю вас! А ты сходи, сестрёнка! Так уж и быть, один денёк я без стихов проживу…

– Ура! – вскричала в восторге Ольга. – Значит, завтра утром встречаемся у музея! Часиков в десять не рано будет?

– Ты что, Оль, какие десять? – возмутилась Дашка. – В восемь, не позже! Я бы даже пораньше пошла, там вокруг места сказочные, побродить можно.

– Договорились! Сынок, ну хватит уже на девушек пялиться, мал ещё! – Ольга дёрнула Роберта за руку.

– Мам! – мальчишка вспыхнул.

– Идём, твой отец на нас уже в розыск, небось, подал! До завтра, Даш! А ты, Машенька, если передумаешь – присоединяйся к нам! Будет весело, я обещаю!..

Это было вчера. А утром я даже не слышала, как Дашка уходила, – вставать в такую рань, особенно во время отпуска, меня могло заставить только чудо. Или Афанасий Петрович, мой кот, – а он у меня тоже чудо. В своём роде, конечно.

Весь день я провела одна, вволю набултыхавшись в волнах, выпив несметное количество свежевыжатого сока – преимущественно яблочного, страсть как яблоки люблю! – и проглотив не меньшее число пирожков с рисом и яйцом, к коим питаю слабость с детства. Дашку я не беспокоила, вполне справедливо полагая, что иногда сестрёнка может от меня и отдохнуть. И вот теперь она не берёт трубку, а на улице уже, между прочим, темнеть начинает! Самое страшное, что Ольгиного номера у меня нет! Мне даже в голову не пришло записать его, и что теперь, спрашивается, делать? Где их искать? Я ведь тут даже не знаю никого. Если только…

– Зоя Павловна, миленькая, мне нужна ваша помощь!

Кажется, я её разбудила – голос риелторши был сонным, с хрипотцой.

– Что-то стряслось, Маша?

– Надеюсь, что ничего…

– Так! – она заговорила уже совсем иначе, энергично и по-деловому. – Давайте, Маша, чётко и по порядку! Я вас внимательно слушаю!

– Зоя Павловна, мне нужно найти в Гурзуфе один дом…

– Кто-то ещё приезжает?

– Нет-нет! Там уже живут, подруга Дашина со своим семейством. Он двухэтажный, с гостевым домиком во дворе, и находится недалеко от церкви. Как вы думаете, по таким приметам можно его отыскать?

– Я так сразу не соображу, но на месте сориентируюсь. Еду!

– Ой! – не ожидала я такой быстроты. – Зоечка Павловна, спасибо вам!

– Собирайтесь, Маша. Буду через полчаса.

Но она обманула – на место прибыла ровно через двадцать две минуты. И в таком состоянии, что мне пришлось даже пожалеть о своём звонке.

– Зоя Павловна, я же не знала!

– Вы об этом? – она оглушительно чихнула в носовой платок и посмотрела на меня красными глазами. – Ничего страшного, обычная аллергия. Ну что, идёмте? А по дороге вы мне расскажете, зачем вам этот дом.

– Да-да, конечно!

И я рассказала. Без излишних подробностей, разумеется, но и этого рассказа вполне хватило, чтобы успеть дойти до нужного места – к прекрасному бело-голубому зданию Успенской церкви.

В пути мы как-то незаметно перешли на «ты», и это меня нисколько не огорчило.