— Ну, за пятнадцать… Дай мн отыграться.

— Завтра, завтра. Завтра эти деньги теб на проздъ въ Петербургъ пригодятся. Да и какой тутъ отыгрышъ! Ты всего и проигралъ-то три или четыре рубля. Только у тебя и денегъ было.

— Ну, дай мн, Капитоша, только душу потшить игрой. Душа игры проситъ. Капитоша!

Но Самоплясовъ былъ непреклоненъ.

— Ахъ, меценаты! Ахъ, покровители! Ахъ, подлецы! — скрежеталъ зубами Холмогоровъ, снявъ сюртукъ и укладываясь на свою постель въ жилет, брюкахъ и сапогахъ.

Вскор и Самоплясовъ свалился на свою постель, уткнувшись головой въ подушку и не раздваясь. Въ просонкахъ онъ слышалъ возгласы играющихъ. Кто-то кликалъ его по имени и требовалъ вина, но онъ не вставалъ, а укладывался на постели поудобне.

На другой день утромъ, когда Самоплясовъ открылъ глаза, онъ увидалъ, что около его кровати на разостланномъ тулуп спалъ лсничій Кнутъ, уткнувшись въ подушку и покрытый триповой скатертью со стола.

Часы показывали одиннадцать. Открылъ глаза и лсничій.

— Проигрался, братъ, я въ пухъ… — пробормоталъ онъ хриплымъ голосомъ.

— Умыли? Кто-же выигралъ-то? Неужто лавочникъ Молочаевъ? — спросилъ Самоплясовъ.

— Духовенство. Лавочникъ только отыгрался, но ничего не выигралъ. Отецъ Іовъ всхъ обыгралъ. Прасолъ взялъ только малую толику. Писарю Взорову до тла полушубокъ вычистили.

— Когда-же гости ушли? — задалъ вопросъ Самоплясовъ.

— Да ужъ къ заутрени звонить начали, такъ уходить стали. Старшина шапку потерялъ и въ твоей домой ушелъ, — разсказывалъ лсничій и сталъ подниматься съ своей подстилки.

XVII

Холмогоровъ валялся на постели до второго часа дня. Утренній чай и кофе Самоплясовъ пилъ только въ сообществ лсничаго Кнута. Они говорили объ охот, объ облав, объ устройств посидлокъ для деревенскихъ двушекъ и парней. Самоплясовъ жаловался на Холмогорова.

— Вдь вотъ привезъ адьютанта съ собой для всхъ этихъ хлопотъ, думалъ, что онъ и въ пяло и въ мяло, какъ говорится, обо всемъ схлопочетъ, а онъ вмсто адьютанта-то генерала началъ изъ себя разыгрывать. А вдь бахвалился въ Петербург: «я, я, я… я теб все оборудую, возьми только меня съ собой»… Ну, будь ты бариномъ, разыгрывай изъ себя важность, я это даже люблю, когда онъ форсъ на себя напускаетъ при простыхъ гостяхъ, шику больше, но вдь онъ не хочетъ палецъ-о-палецъ ударить для хозяина. Вдь вотъ мы вставши и пьемъ чай по хорошему, а онъ дрыхнетъ. А повезъ я его сюда, чтобы онъ при мн состоялъ. Мало онъ мн нешто стоитъ? Онъ у меня ужъ однихъ дорогихъ сигаръ рублей на двадцать выкурилъ. Называешь его адьютантомъ — обижается. «Я, говоритъ, теб для компаніи похалъ». А гд она эта самая компанія-то? Вдь вотъ вы, Иванъ Галактіонычъ, видите.

Лсничій слушалъ жалобы Самоплясова и улыбался.

— И гд это ты, Капитоша, такой прыти набрался! — проговорилъ онъ. — смотрю я на тебя и дивлюсь.

— Какой прыти, Иванъ Галактіонычъ?

— Да вотъ разсуждаешь-то какъ… Какъ будто какой-то владтельный герцогъ разсуждаешь. Разв ты такой былъ семь-восемь мсяцевъ назадъ, когда въ послдній разъ прізжалъ сюда? Былъ простой паренекъ Капитоша — вотъ и все…

— Полировка, Иванъ Галактіонычъ… Вдь я въ Петербург, посл смерти папеньки, и по клубамъ, и по театрамъ, и по ресторанамъ… У меня въ Петербург полированные молодые купцы есть… Даже студенты со мной компанію водили… офицеры… Полковникъ одинъ путался.

— Брось, ты все это, Капитоша. На что теб все это? Адьютанты какіе-то… Зачмъ?.. Оставайся ты прежнимъ Капитошей, какимъ былъ… — совтовалъ Самоплясову лсничій.

— Отполироваться хочется на современный манеръ, Иванъ Галактіонычъ, — стоялъ на своемъ Самоплясовъ.

— Да какая это полировка! Ты исковеркался среди своихъ прихлебателей. Вдь это все твои прихлебатели, о которыхъ ты разсказываешь.

Самоплясовъ подумалъ:

— Да пожалуй, что и такъ. Дйствительно, много они у меня за эту науку денегъ пропили, — сказалъ онъ.

— Ну, вотъ видишь… Пожалуй, и деньги занимали въ долгъ безъ отдачи.

— Ну, насчетъ дачи-то въ долгъ я тугъ, Иванъ Галактіонычъ… Давать-то давалъ, но самую малость… Вотъ адьютанту этому, барину Холмогорову давалъ. Такъ вдь онъ у меня былъ въ Петербург мужчина направо и налво… Ужинъ-ли заказать, меню составить, объяснить, какое модное кушанье надо сть, билеты въ театръ… ну, и знакомство съ артистами…

— Ого-го! Охъ, какія слова! — смялся лсничій.

— Чего вы сметесь, Иванъ Галактіонычъ? — глупо опшилъ Самоплясовъ. — Въ Питер-то онъ у меня адьютантствовалъ… Я про барина… Не любитъ онъ этого слова: адьютантъ.

— Да на кой чортъ теб адьютантъ! Дура съ печи!

— Повеселиться сюда пріхалъ. Себя показать. Хочется такъ, чтобы свои, здшніе антроповскіе, понятіе обо мн имли. Вотъ облаву надо устроить въ лсу для здшнихъ полированныхъ личностей… Посидлки мечтаю сдлать для простого народа на манёръ ассамблеи, какія при Петр Великомъ были… То-есть на манеръ… потому тамъ тогда было невжество, и у насъ здсь теперь невжество. Все вдь это для меня дло… а одному за всмъ не угнаться, на все не успть. Опять-же вдь вотъ вс говорятъ, что и вообще для просвщенія крестьянъ надо что-нибудь соорудить. Адьютантъ нуженъ. хавши сюда, я такъ и разсчитывалъ.