Читаем Пробуждение полностью

Вечерняя трасса до столицы была практически свободна. Машина, казалось, летела под звуки старой итальянской мелодии времен сан-ремовских фестивалей и наполняла пространство между двумя молодыми людьми таинственным эфиром, притягивающим их друг другу. Максим все же держал себя сдержанно, помня о дистанции, выстроенной Миланой, и больше шутил и балагурил. Милана, казалось, забыла о вчерашней сердечной ране и была совершенно раскована, воодушевлена, и любой человек, наблюдающий за происходящим со стороны, мог бы сказать, что между этими двумя людьми есть та необыкновенная субстанция, которая и называется любовью, но Милана не позволяла себе хоть как-то проявить и обозначить это чувство. Более того, боялась даже признаться себе в этом. Максим был женат, и для нее этот факт являлся непреодолимым препятствием, табу. В ней боролись два диаметрально противоположных чувства. Одно говорило ей о том, что вот он, тот человек, который предназначен ей судьбой, и вызывало чувство полета и упоения. Другое разъедало сердце чувством вины и порочности своего поступка. «Ты не должна с ним ехать. Это грех», – говорило оно. Но в данный момент мелодия любви заглушала какофонию совести. Какое-то время они ехали молча.

– О чем ты думаешь? – спросила Милана.

– Ни о чем. У меня так необыкновенно хорошо в душе, что я даже боюсь нарушить это чувство какой-либо мыслью.

– Я тоже. Какие мы, в сущности, дураки с тобой, – и они оба засмеялись. Из магнитолы полилась тревожная классическая музыка. Максим взял возлюбленную за руку, и импульсы, казалось, перетекали от сердца к сердцу. Они ехали – два влюбленных идиота – навстречу своей судьбе. Как бы теперь она ни сложилась для них обоих, Милана знала, что этого человека она не забудет никогда. И от этой мысли ей становилось еще печальней, потому что путь к этому мужчине для нее был закрыт.

– А вот в этом доме я живу и из моего окна замечательно видны фонтаны, – стараясь казаться веселой, радостно произнесла Милана.

Киев горел миллионами огней. По набережной гуляли люди, группы шумной молодежи, изредка пенсионеры, чаще влюбленные пары, к которым присоединились Максим и Милана. На редкость теплая весенняя ночь располагала к прогулке, и они шли, беспечно болтая обо всем подряд вот уже несколько часов к ряду. Неожиданно Максим остановил Милану и, прижав к себе, поцеловал. Милана ответила ему, но Максим почувствовал сдержанность, и даже холод. Милана отстранилась и вырвалась из его объятий.

– Милана, я должен сказать тебе, – судорожно подбирая нужные слова, нарушил молчание Максим, – ты мне очень дорога. Так сложилось в жизни, что я несвободен, но я люблю тебя. Как бы это поспешно ни казалось со стороны, но это так.

– Нет, Максим. Любовь для меня – это то, что вынашивается годами, созревая, как плод, неся с собой историю отношений, которые наливаются красками совместных радостей и невзгод, побед и поражений, трудностей и их преодоления, когда чувство любви наслаивается каждодневными переживаниями и выливается в стойкое, ничем непоколебимое чувство. А что для тебя любовь? Вспышка? Эмоциональный взрыв? Страсть? Желание обладать? И, когда быт войдет в нашу жизнь, ты вдруг почувствуешь, что разлюбил? Что ты ошибся? Вы, мужчины, разбрасываетесь словами, которым не знаете цену. О любви не говорят. Ты эгоист, Максим. Тебя дома ждет любящая женщина. Ты представляешь, сколько боли она может натерпеться от тебя? Ты ей тоже говорил про любовь?

Парковый огромный фонарь освещал ее одухотворенное лицо, исполненное огромными чувствами, наполнявшими ее сущность. Ей нравился этот мужчина. Ее неумолимо тянуло к нему. Тем сильнее становилась боль в ее сердце, тем глубже был раскол в ее сознании.

– Я не такой. Я знаю цену этому чувству. Ты воспринимаешь меня как самца, у которого кровь циркулирует вокруг малого таза, а не то что до головы, до сердца даже не поднимается. Случайных встреч в жизни не бывает! Все можно исправить! Я пойду за тобой хоть на край света, если нужно, отдам за тебя жизнь!

– Максим, у меня пазл не складывается. Как мы с тобой можем построить жизнь на чужом горе? А любовницей твоей я быть не хочу! И судьбы такой я себе не желаю. Если ты любишь меня, то отпусти… Ты чувствуешь меня, мое сердце, но я должна выбрать умом. Я не могу совершить такой опрометчивый шаг.