Читаем Пробуждение полностью

– Ты в полете, дружище. Люди все крайне приземленные. Их радуют вполне прозаичные вещи: чего бы пожрать да с кем переспать. И далеко не каждый ищет «Око Сварога», спасает древнюю Русь. Да больше скажу: состояние любви, какой ты ее чувствуешь, не дано большинству. Так что, старик, спустись с небес на землю. И женщины не всегда узнают свои половинки. Им просто нужен добытчик, опора для продолжения рода, и часто, отметя чувства в сторону, они руководствуются разумом.

– Тем хуже для них. Ведь ты согласишься, что по этой причине и случаются разводы? Люди, однажды соединив свои судьбы, достаточно быстро понимают, что это ошибка. И как бы ты ни анализировал ситуацию, трудно заставить себя жить с нелюбимым человеком.

– Да брось ты, в самом деле. Достаточно много людей воспринимают брак как совместное ведение хозяйственной деятельности, и не более того.

– Есть. Есть и те, кто не испытывает любви вообще. Есть те, кто довольствуется чувством сытого желудка и наличием алкоголя в крови, но мы говорим о людях, о душе, в конце концов. Ведь каждый человек на пути к Богу, а если он не идет к Богу, он опускается до состояния животного. Да и животное очень часто можно ценить значительно выше низких душонок некоторых людей. В соседнем доме жил армянин, которого его собака, немецкая овчарка, вытащила из-под завалов, когда случилось землетрясение в Спитаке в 1988 году. Жилье в Армении он потерял и переехал в Россию. Здесь его поддержали родственники. Но долго он не прожил, а когда умер, родственники хотели забрать собаку, но не смогли. Она постоянно убегала от них и возвращалась к дому, где жил хозяин. Жила на улице и вскоре тоже умерла, так и не дождавшись хозяина. Я думаю, от горя. Так в ком больше человечности: в той овчарке или в восхваляемых тобой прагматиках?

– Не кипятись. Я всего лишь хочу, чтобы ты остыл и контролировал себя немного, – ответил Дима.

– Однажды я услышал фразу, которая врезалась мне в память: «Живите не с тем, с кем можете жить, а с тем, без кого не можете жить». Плесни-ка коньячку. Это лучше меня успокоит.

***

Следующие два дня работы дали возможность продвинуться еще на полтора метра, но никакого положительного результата не дали.

– Неужели молодая девушка, такая, как Милана, смогла закопать алмаз на большую глубину, чем мы с тобой раскапываем уже пять дней? – скептически спросил Дмитрий. – Инструмент пришел в полную негодность, да и харчи заканчиваются.

– Останавливаться нельзя. Думаю, в ближайшие пять дней мы получим результат, положительный либо отрицательный. Но он будет получен. Предлагаю пополнить запасы, обновить инструмент – и дальше за работу. Я, если не возражаешь, и займусь этим.

– Дерзай.

– Быстро меня не жди.

– Давай, давай. «Надежды юношей питают…», – сказал вслед уходящему товарищу Дима, прекрасно понимая причину рвения Максима.

Максим, добравшись до Славутича, поставил лодку на пристани в паука, взял со стоянки «паджеро» и через два с половиной часа был в лагере Миланы. Сердце неистово колотилось от сознания того, что она не выйдет к нему, не откликнется, но Максим твердо решил не отступать. Студенты сидели около костра. Андрей помешивал ложкой, удлиненной прутом, уху. Долговязый Коля тренькал на гитаре незабвенную мелодию: «Все отболит, и мудрый говорит: “Каждый костер когда-то догорит. Ветер золу развеет без следа”». Милана и Лена сидели обнявшись под одним армейским бушлатом, и Милана задумчиво смотрела на костер.

– Прошу прощения, – подал голос Максим, увидя, что его заметили. – Милана, мне нужно с тобой поговорить.

– Мы разве не все друг другу сказали? – спросила Милана, и лицо ее стало непроницаемо для эмоций.

– Будь добра. Я прошу поговорить со мной, а не взаймы.

Милана подошла к Максиму и вопросительно посмотрела на него.

– Мне нужно пополнить запасы провизии. Не хочешь со мной съездить?

Милана на секунду задумалась.

– Я переоденусь. Нам тоже надо кое-что приобрести. Я через минуту.

Конечно, не через минуту, а через десять Милана, сменив спортивный костюм на платье, так органично подчеркивающее ее женственность, была готова к поездке. От нее исходил притягательный цветочный аромат, и неброский макияж искусно подчеркнул ее прекрасные черты.

«Для поездки за продуктами девушка излишне вооружена», – мелькнуло в голове Максима.

– Мы можем поехать в Славутич. Это ближе. Можем в Киев. Это интересней.

– Я настроена поговорить. У меня есть ощущение недосказанности. Поэтому меня любой маршрут устроит.

– Тогда в Киев.