Читаем Пробуждение полностью

– Нельзя все объять умом. Чувство любви скрыто в нашем подсознательном. Выбирая умом, ты ошибешься, в конце концов. И либо будешь кусать локти всю жизнь, либо искать эмоции на стороне. Как много в современном мире женщин, вышедших замуж по совершенно рациональным мотивам. И теперь они, опустошенные внутри своей убогой эмоциональной жизнью, ловят недостающие эмоции на стороне. Любовь – это энергия, которой если нет, далеко не уйдешь. Это счастье, которого если нет, все остальное не нужно. Я согласен, что многие ошибаются, принимая влюбленность за любовь. Она как поверхность реки, скрывающая за своей гладью содержимое. Пока не окунешься, не поймешь, насколько она глубока или мелка; что голову можно разбить, не зная, прыгнув с высоты; холодна она или тепла; быстроводна ли она или стоят в ней воды, как в болоте? И прозрачна ли вода в ней и чиста, или мутные и грязные воды наполняют ее? Но, не прыгнув в реку, не поймешь этого никогда. Ты можешь строить гипотезы и трусливо стоять на берегу, и, возможно, пройдешь мимо самого главного в жизни, так и не познав его.

– Максим, – она посмотрела в его глаза, полные отчаянья. Ее глаза наполнились влагой, – я не смогу переступить через себя. Запомни меня такой, какая я есть. Я всегда буду хранить чувство к тебе в своей душе, но мы никогда не сможем быть вместе.

– Любовь, не проявленная – бесплодна. Люди нужны друг другу, чтобы каждый день дарить радость жизни. Не делай этого. Не разлучай нас. Не совершай ошибки.

– Максим, я не могу. Не превращай мою и свою жизнь в мучение. Никто от этого счастлив не будет. Ты уедешь в Москву, и мы больше никогда не увидимся. Через две недели ты забудешь обо мне, и жизнь твоя наладится.

– Чепуха! – прорычал Максим. – Поедем уже! На нет и суда нет!

Максим прыгнул в машину и, взвинтив огромные обороты, устремил джип в обратном направлении.

ГЛАВА 18. ОКО СВАРОГА

«Паджеро» мчался из Киева в направлении Славутича, превосходя все возможно допустимые скоростные режимы. Иногда автомобиль сбрасывал скорость, и в это время внутри него разворачивался страстный диалог на повышенных тонах. В тот момент решалась судьба двух по-своему несчастных людей. Под утро машина подъехала к лагерю студентов.

Милана решительно открыла дверь автомобиля.

– Прощай, Максим. Прости меня, за все.

– Если ты сейчас уйдешь, ты обречешь на мучения себя и меня. Зачем нужна такая жизнь, если сердце всегда будет занято тем, кого рядом нет? Ты разве не понимаешь, чего это будет стоить для каждого из нас?

Милана молча вышла из машины и направилась в лагерь.

– Милана! – Максим догнал ее, сильным движением руки развернул и, пользуясь нерешительностью девушки и внезапностью маневра, поцеловал. Милана напряглась всем телом, стараясь отстранить Максима от себя, но объятия его были словно тиски, в плену которых становилось все слаще. Кровь ударила в голову и теплой волной раскатилась по телу, остановившись внизу живота. Она обмякла и поддалась его ласкам, не в силах сопротивляться тому чувству, тому желанию, которое жило в ней.

Когда Максим наконец-то предстал перед Дмитрием, солнце взошло уже высоко.

– В следующий раз, если придется, конечно, поеду я. Ты, похоже, ездил через Казахстан, а я знаю дорогу покороче. Но, как я вижу по твоей довольной кошачьей морде, съездил ты удачно.

– Мить, это просто счастье. Она такая необыкновенная. Единственная. Уникальная. Ты не представляешь, какое чувство я к ней испытываю. Мне кажется, меня сейчас разорвет от экстаза!

– Нет, не разорвет. Потому что копать я один не буду. Скорее, я тебя разорву на много маленьких максимок, если ты парить будешь в облаках. Давай-ка, пока ты в экстазе, хватай лопату!

– Эх, примитивный ты человек, старик, – иронично фальшиво отчитал друга Максим и взялся за лопату.