Читаем Попробуй, ты сможешь! полностью

В чем бы ни заключалось огорчение, хвалите ребенка, когда он проявляет гибкость мышления. Расскажите про случаи из собственной жизни. Возможно, вы сильно расстроились, когда вас уволили с работы, но это привело вас к карьере, которая больше соответствует вашему характеру. Или кто-то разбил вам сердце в подростковом возрасте, но эти неудачные отношения помогли вам понять, чего вы хотите от партнера. Если вы поможете ребенку взглянуть на ситуацию в перспективе, это может уменьшить его страдания.

Учитывайте последствия психологической травмы

Хотя большая часть этой главы посвящена мимолетным неудачам, таким как получение плохой оценки или ссора с другом, более двух третей детей к 16 годам[215] переживут травмирующее событие, определяемое как «пугающее, опасное или насильственное событие, представляющее угрозу чьей-либо жизни или физической неприкосновенности, или присутствие при событии, угрожающем жизни или безопасности близкого человека»[216].

Мэтью Бауэрман, автор книги «Истинный лидер»[217], в средней школе подвергался насилию со стороны взрослых и безжалостным издевательствам одноклассников, и эти болезненные воспоминания превратили его во внимательного к психологическим травмам и отзывчивого школьного директора. Теперь он пытается приобщить переживших травму учеников к тому, что им нравится, будь то рисование, создание текстов, выступление на сцене или другой способ выразить эмоции. «Дети с психологической травмой подобны резиновой ленте, натянутой до предела: отпусти ее — и услышишь резкий щелчок», — объяснил он мне по телефону. «Будьте осторожны с такими заявлениями, как “Я знаю, что ты чувствуешь”, — добавил он. — Вы можете думать, будто точно знаете, что ребенок чувствует, но это не ваша история, и ему нужно, чтобы вы как-то подтвердили это». Бауэрман советует начать разговор с такой фразы, как «Это звучит очень (сложно, страшно, печально…)», или «Чем я могу помочь тебе?», или «Когда я чувствую _________, я пытаюсь сделать ___________ для себя. А ты в такой ситуации как поступаешь?» Или просто спросите: «Могу ли я (или другой взрослый, которому ты доверяешь) чем-нибудь помочь тебе?»

Хорошая новость: исследования показывают, что у большинства детей, переживших психологическую травму, развивается жизнестойкость[218], что может привести к позитивным изменениям или «посттравматическому развитию». Например, ребенок станет больше ценить жизнь, улучшит отношения с окружающими, поймет свои сильные стороны или увидит для себя новые возможности[219].

Восхищайтесь природой (и красотой помещений)

Когда исследователи проследили, как занятия рафтингом влияют на психологические и физиологические изменения у детей из группы риска, они обнаружили, что любование природой может уменьшить симптомы посттравматического стрессового расстройства (ПТСР) и улучшить самочувствие[220].

Однако польза влияния природы выходит далеко за рамки помощи детям, пережившим психологическую травму; и для этого не обязательно сплавляться по реке. В статье, опубликованной в 2020 году в журнале Frontiers in Psychology, исследователи сообщили, что «всего 10 минут спокойного отдыха или прогулок на природе» могут снизить стресс и способствовать спокойствию и релаксации[221]. Поэтому как можно чаще выводите свою семью на улицу. (Бонус: это позволит вашему ребенку проводить меньше времени в интернете, что, как упоминалось выше, повысит уровень его счастья[222].)

Простое изменение режима дня ребенка и новые занятия также могут улучшить его психологическое состояние. Чтобы усилить эффект, предложите ребенку выбраться на природу или попробовать новое занятие с другом. Многие исследования показывают, что социальная поддержка способна усилить у детей и подростков чувство принадлежности к коллективу и собственной ценности, а также улучшить их психическое здоровье[223].

Даже незначительное изменение обстановки в помещении может способствовать повышению уровня спокойствия и радости, усилить чувство принадлежности к коллективу и «радикально изменить процесс обучения» — так считает Кристофер Эмдин, профессор факультета педагогики в Университете Южной Калифорнии. Когда Эмдин в 2021 году получил грант на преподавание в Линкольн-центре, он вместе с учениками работал над созданием прототипов классных комнат для обучения после пандемии. В то время в школах возобновились занятия после карантина. «Я хотел, чтобы дети почувствовали: все не может выглядеть так, как раньше», — сказал мне Эмдин. Они заменили лампы дневного света синими лампочками, принесли горшки с травой и включили радостную музыку.