Читаем Первый Кю полностью

студентов, правда, ходили слухи, что Ченг являлся активным членом организации Северо-западной Молодежи, которая была известна своей смелой и опасной борьбой против северокорейских коммунистов во время войны.

Но даже если допустить, что слухи эти верны, в любом случае сегодняшнее поведение классного руководителя

было удивительно.

Лицо Инае засветилось, она наслаждалась булочками, сожалея, что в их школе нет такого замечательного

учителя. Вук тоже почувствовал облегчение одновременно с беспокойством из-за неожиданных событий этого

дня. Они оставили идею идти во Дворец и вернулись домой. Мама Инае уже пришла из магазина.

— Рада тебя видеть, Вук. Проходи, пожалуйста, пообедаем вместе. Ты уже слышал, что отец Инае жалуется, что ты редко заходишь и лишаешь его возможности поиграть.

— Спасибо, я не могу сегодня…

— Мама, спроси его, не на свидание ли он идет?

— Нет, Инае. У меня в семь турнир. Я позвоню завтра, обещаю.

Вуку пришлось немного солгать расстроенной Инае, ему не нужно было спешить в Сеульский клуб. Но нужно

было время, чтобы отдохнуть и подготовиться. На это у него оставалось часа два.

Обедая в китайском ресторане возле клуба, Вук начал сожалеть, что сходу вляпался в непростую историю из-

за наивного рыцарского чувства. Он вспомнил многочисленных сильных игроков, которых он встречал на

турнирах. Но потом расслабился: в любом случае он должен встретить этот вызов лицом к лицу. Все равно

изменить уже ничего нельзя, да и у хозяйки нет другого игрока.

Вук пришёл в клуб к восьми, где его с нетерпением ждала госпожа хозяйка. Когда он сел пить кофе, вошли

двое мужчин лет тридцати. Вук сразу почувствовал, что это они. Один из мужчин подошел к хозяйке, ухмыляясь.

— Как дела, мэм? Сегодня утром мы просто пошутили. Простите, если обидели вас. Почему бы вам не нанять

нас клубными мастерами, много мы не запросим. Гарантируем вашему клубу хорошую рекламу.

Хозяйка набросилась на них:

— В этом нет необходимости! Я уже наняла клубного мастера, вот он, — она показала на Вука. Они были

поражены таким поворотом событий, но, увидев ребёнка в школьной форме, снова стали ухмыляться.

— О, Вы — Мастер, сэр? Не желаете научить нас игре?

Вук мягко оветил:

— Сейчас уже поздно. Могу я сыграть только с одним из вас?

Эти двое, кажется, были удивлены, что «ребёнок» не отступает, а принимает вызов. Они отошли в угол и

стали шептаться, решая, кто преподаст урок. Выбор пал на парня, который разговаривал с хозяйкой. Они с

Вуком сели за доску и бросили жребий, Вуку выпало играть белыми. После обмена поклонами игра началась.

Вокруг стола собралось пять-шесть болельщиков, которые с интересом наблюдали за происходившим.

Через некоторое время Вук с огромным облегчением понял, что его противник играет в силу простого первого

кю. Пожалуй, ему легко можно было дать два камня форы. Игра шла довольно быстро. Огромная группа чёрных

погибла без особой борьбы. После чего двое очень смущенных неудачников спешно ретировались.

— Боже мой! Ты так силён! Спасибо большое, Вук, как мне тебя отблагодарить? Жаль, что ты

несовершеннолетний, я бы угостила тебя чем-нибудь покрепче.

— Не стоит беспокоиться, мэм. Они сами напросились на неприятности. Так что всё случилось к лучшему, я

просто счастлив принять в этом участие.

Вук старался говорить как взрослый, он немного обиделся, что его назвали несовершеннолетним. Но, несмотря на это, он чувствовал себя великолепно: справедливость восторжествовала, и достигнуто это при его

непосредственном участии!

— Приходи, пожалуйста, почаще, как только сможешь. Начиная с этого дня я принимаю тебя как Мастера

клуба. Конечно, я заплачу тебе за работу, но моя признательность тебе гораздо выше.


Вук покидал клуб героем. Хозяйка пошла проводить его на улицу и без устали повторяла слова

благодарности. Сеульский клуб стал новым домом Вука. Здесь было гораздо чище и приятнее, чем в YC, где в

задней комнате играли в азартные игры. К тому же, он будет уважаемым мастером клуба при полной поддержке

доброй и приятной во всех отношениях хозяйки. На всём протяжении дороги домой у Вука было приподнятое

настроение. Завтра он расскажет Инае великолепные новости. Но неожиданности на этот день еще не

закончились.

БЕГЛЕЦ

Дома Вука ожидало шокирующее зрелище. На его книжной полке зияла дыра, в которой не хватало целой

секции книг. Дыра напоминала огромный рот, смеющийся над ним. Он не мог понять, что случилось, его

охватило тяжелое чувство.

— Отец зовет тебя, — в комнату вошла мать. На её лице не было обычной доброй любящей улыбки.

— Сегодня отец встречался с твоим учителем, господином Ченгом. Когда он вернулся из школы, то собрал все

твои книги по Го и сжёг их. Он изрубил на куски доску. Я никогда не видела его таким. Тебе лучше всего пойти

и извиниться прямо сейчас. Попроси у него прощения. Это правда, что ты сказал учителю, будто собираешься

стать игроком Го и не пойдешь в университет?

Теперь Вук знал, как обстоят дела. Объяснялось и загадочное поведение Ченга. Тот, вероятно, хотел

поговорить с Вуком о встрече с отцом, но переменил своё мнение, когда увидел испуганные глаза Инае.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дом учителя
Дом учителя

Мирно и спокойно текла жизнь сестер Синельниковых, гостеприимных и приветливых хозяек районного Дома учителя, расположенного на окраине небольшого городка где-то на границе Московской и Смоленской областей. Но вот грянула война, подошла осень 1941 года. Враг рвется к столице нашей Родины — Москве, и городок становится местом ожесточенных осенне-зимних боев 1941–1942 годов.Герои книги — солдаты и командиры Красной Армии, учителя и школьники, партизаны — люди разных возрастов и профессий, сплотившиеся в едином патриотическом порыве. Большое место в романе занимает тема братства трудящихся разных стран в борьбе за будущее человечества.

Наталья Владимировна Нестерова , Георгий Сергеевич Берёзко , Георгий Сергеевич Березко , Наталья Нестерова

Проза / Проза о войне / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Военная проза / Легкая проза
Хмель
Хмель

Роман «Хмель» – первая часть знаменитой трилогии «Сказания о людях тайги», прославившей имя русского советского писателя Алексея Черкасова. Созданию романа предшествовала удивительная история: загадочное письмо, полученное Черкасовым в 1941 г., «написанное с буквой ять, с фитой, ижицей, прямым, окаменелым почерком», послужило поводом для знакомства с лично видевшей Наполеона 136-летней бабушкой Ефимией. Ее рассказы легли в основу сюжета первой книги «Сказаний».В глубине Сибири обосновалась старообрядческая община старца Филарета, куда волею случая попадает мичман Лопарев – бежавший с каторги участник восстания декабристов. В общине царят суровые законы, и жизнь здесь по плечу лишь сильным духом…Годы идут, сменяются поколения, и вот уже на фоне исторических катаклизмов начала XX в. проживают свои судьбы потомки героев первой части романа. Унаследовав фамильные черты, многие из них утратили память рода…

Николай Алексеевич Ивеншев , Алексей Тимофеевич Черкасов

Проза / Историческая проза / Классическая проза ХX века / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза
Риф
Риф

В основе нового, по-европейски легкого и в то же время психологически глубокого романа Алексея Поляринова лежит исследование современных сект.Автор не дает однозначной оценки, предлагая самим делать выводы о природе Зла и Добра. История Юрия Гарина, профессора Миссурийского университета, высвечивает в главном герое и абьюзера, и жертву одновременно. А, обрастая подробностями, и вовсе восходит к мифологическим и мистическим измерениям.Честно, местами жестко, но так жизненно, что хочется, чтобы это было правдой.«Кира живет в закрытом северном городе Сулиме, где местные промышляют браконьерством. Ли – в университетском кампусе в США, занимается исследованием на стыке современного искусства и антропологии. Таня – в современной Москве, снимает документальное кино. Незаметно для них самих зло проникает в их жизни и грозит уничтожить. А может быть, оно всегда там было? Но почему, за счёт чего, как это произошло?«Риф» – это роман о вечной войне поколений, авторское исследование религиозных культов, где древние ритуалы смешиваются с современностью, а за остроактуальными сюжетами скрываются мифологические и мистические измерения. Каждый из нас может натолкнуться на РИФ, важнее то, как ты переживешь крушение».Алексей Поляринов вошел в литературу романом «Центр тяжести», который прозвучал в СМИ и был выдвинут на ряд премий («Большая книга», «Национальный бестселлер», «НОС»). Известен как сопереводчик популярного и скандального романа Дэвида Фостера Уоллеса «Бесконечная шутка».«Интеллектуальный роман о памяти и закрытых сообществах, которые корежат и уничтожают людей. Поразительно, как далеко Поляринов зашел, размышляя над этим.» Максим Мамлыга, Esquire

Алексей Валерьевич Поляринов

Современная русская и зарубежная проза