Читаем Передача Ермакова (СИ) полностью

  Анна объяснила, что прилетела из Хабаровска в Иркутск, потому что не могла больше скрывать от него новости. У нее был ребенок, и это их снова объединит. Ей было жаль ужасного скандала: это были их ошибки, она - своими неуклюжими словами, он - его извращенностью.





  Похоже, она не сомневалась, что они снова вместе, что что угодно может испортить их любовь в этой ее стране. Она не упомянула о его еврействе - как верная жена, не упомянув о преступлении, когда ее муж возвращается из тюрьмы, подумал Павлов.





  Безжалостность, решил он, лежа на кровати рядом с ней, с сыном или дочерью в животе, было труднее, чем он представлял. Она сообщила ему, что церемония с Ермаковым все еще состоится в Хабаровске; но из-за ребенка власти разрешили ей приехать в Иркутск. Затем она прижала его голову к своей набухшей груди и заснула, пока он лежал без сна. Наконец он тоже заснул, кинжал вины рассек его сны. Но даже в этих снах он никогда не отступал от своей решимости.





  На следующее утро - до того, как он пошел к священнику - они поехали по асфальтированной дороге длиной сорок миль к Байкалу. Они прибыли на рассвете с диким восходом солнца, отраженным в водах самого глубокого озера в мире; огромные обелиски и красные и оранжевые острова в спокойных водах, которые могли быть захвачены за секунды массивными волнами, которые бросали прозрачную рыбу на берег, где она таяла.





  Они пошли в село Листвянка и стояли взявшись за руки, вспоминая свой медовый месяц, трепетали у озера.





  «История России», - сказал Павлов, указывая на воду.





  «История Сибири», - сказала Анна.





  Когда русские воевали с японцами в 1904 году, они пытались провести поезд по льду, забыв о теплых источниках под ним. Двигатель затонул и, по-видимому, все еще находился там, в сопровождении маленького прозрачного дракункула с выпученными глазами . В начале войны войска перевозили на великолепном, слоновьем ледоколе «Байкал», построенном англичанами; но он всегда сковывался льдом; поэтому подрядчики отчаянно работали над завершением последнего звена Великой Сибирской железной дороги - петли вокруг мыса озера. Они проложили тридцать три туннеля через горы, уходящие прямо в воду; Они работали так поспешно после нападения японцев на Порт-Артур, что первый поезд сошел с рельсов десять раз. Во время гражданской войны, последовавшей за Октябрьской революцией, целые семьи беженцев, бегущих через Байкал, были заморожены на льду или проглочены в трещинах, которые открылись с пушечным грохотом.





  Теперь утренняя тишина окутала Виктора Павлова и его жену. Они бродили по переулкам Листвянки среди деревянных изб, построенных первопроходцами, мимо заснеженной вывески с предупреждением «Остерегайтесь медведей».





  Анна провела много исследований Байкала и отвела его в Лимнологический институт, разговаривая так, как будто они никогда не расставались, и показала рельефную карту Байкала. Она сказала ему, что геологи думали, что Байкал образовался недавно, как часть Великого разлома, спускающегося в Восточную Африку. По ее словам, существует теория о том, что озеро не всегда имеет выход к суше, что объясняет присутствие в нем тюленей. Теперь проблема заключалась в загрязнении.





  Они пытались найти гостевой дом, в котором останавливались во время медового месяца, но он обанкротился. В Листвянке больше не останавливались туристы; они прибыли из Иркутска на новых подводных крыльях мощностью 1250 л.с. и вернулись в тот же день. Но здание все еще оставалось заброшенным; они целовались снаружи, теплые губы на их холодных лицах. Павловискал на воде рыбацкий парус, но нигде не было видно.





  С холодным отчаянием внутри него и неизменной решимостью он поехал обратно в Иркутск на красном Москавиче, который они наняли. Он пытался придумать способ пощадить Анну, но в его мозгу не было ответа. Как он мог сказать ей, чтобы она поехала в Харбаровск одной? Какие подозрения это вызовет у Разина?





  Он бросил ее в Сибирское отделение Института лечебной косметики Минздрава. «Другими словами, - усмехнулась она, - салон красоты». За двенадцать рублей можно было сделать массаж, за двадцать - парафиновую маску, за восемьдесят - убрать веснушки.





  Павлов пошел к священнику.





  * * *





  Идея прогулки по Иркутску принадлежала Ермакову. Разин был против, потому что на улицах было темно и за границей были дикие люди, потомки революционеров, белые русские, убийцы и бандиты.





  Но Ермаков был непреклонен. После выступления он сидел в своем парадном зале в центре города в изнеможении. Он напал на китайцев, потому что следующий этап пути пролегал вдоль реки Амур и 1892 мили китайской границы. Речь его угнетала, потому что она была ретроградной: более века китайцы и русские оспаривали эти приграничные территории. «Черное преступление в Благовещенске» - казачьи войска были обстреляны с маньчжурского берега Амура, и в ответ они забрали тысячи невинных китайцев из их домов в Благовещенске и затопили их в реке на штыках. Это было семьдесят три года назад, а они все равно стреляли друг в друга через Амур.





Перейти на страницу:

Похожие книги

Para bellum
Para bellum

Задумка «западных партнеров» по использование против Союза своего «боевого хомячка» – Польши, провалилась. Равно как и мятеж националистов, не сумевших добиться отделения УССР. Но ничто на земле не проходит бесследно. И Англия с Францией сделали нужны выводы, начав активно готовиться к новой фазе борьбы с растущей мощью Союза.Наступал Interbellum – время активной подготовки к следующей серьезной войне. В том числе и посредством ослабления противников разного рода мероприятиями, включая факультативные локальные войны. Сопрягаясь с ударами по экономике и ключевым персоналиям, дабы максимально дезорганизовать подготовку к драке, саботировать ее и всячески затруднить иными способами.Как на все это отреагирует Фрунзе? Справится в этой сложной военно-политической и экономической борьбе. Выживет ли? Ведь он теперь цель № 1 для врагов советской России и Союза.

Дмитрий Александрович Быстролетов , Михаил Алексеевич Ланцов , Василий Дмитриевич Звягинцев , Геннадий Николаевич Хазанов , Юрий Нестеренко

Приключения / Фантастика / Боевая фантастика / Научная Фантастика / Попаданцы
Пространство
Пространство

Дэниел Абрахам — американский фантаст, родился в городе Альбукерке, крупнейшем городе штата Нью-Мехико. Получил биологическое образование в Университете Нью-Мексико. После окончания в течение десяти лет Абрахам работал в службе технической поддержки. «Mixing Rebecca» стал первым рассказом, который молодому автору удалось продать в 1996 году. После этого его рассказы стали частыми гостями журналов и антологий. На Абрахама обратил внимание Джордж Р.Р. Мартин, который также проживает в штате Нью-Мексико, несколько раз они работали в соавторстве. Так в 2004 году вышла их совместная повесть «Shadow Twin» (в качестве третьего соавтора к ним присоединился никто иной как Гарднер Дозуа). Это повесть в 2008 году была переработана в роман «Hunter's Run». Среди других заметных произведений автора — повести «Flat Diane» (2004), которая была номинирована на премию Небьюла, и получила премию Международной Гильдии Ужасов, и «The Cambist and Lord Iron: a Fairytale of Economics» номинированная на премию Хьюго в 2008 году. Настоящий успех к автору пришел после публикации первого романа пока незаконченной фэнтезийной тетралогии «The Long Price Quartet» — «Тень среди лета», который вышел в 2006 году и получил признание и критиков и читателей.Выдержки из интервью, опубликованном в журнале «Locus».«В 96, когда я жил в Нью-Йорке, я продал мой первый рассказ Энн Вандермеер (Ann VanderMeer) в журнал «The Silver Web». В то время я спал на кухонном полу у моих друзей. У Энн был прекрасный чуланчик с окном, я ставил компьютер на подоконник и писал «Mixing Rebecca». Это была история о патологически пугливой женщине-звукорежиссёре, искавшей человека, с которым можно было бы жить без тревоги, она хотела записывать все звуки их совместной жизни, а потом свети их в единую песню, которая была бы их жизнью.Несколькими годами позже я получил письмо по электронной почте от человека, который был звукорежессером, записавшим альбом «Rebecca Remix». Его имя было Дэниель Абрахам. Он хотел знать, не преследую ли я его, заимствуя названия из его работ. Это мне показалось пугающим совпадением. Момент, как в «Сумеречной зоне»....Джорджу (Р. Р. Мартину) и Гарднеру (Дозуа), по-видимому, нравилось то, что я делал на Кларионе, и они попросили меня принять участие в их общем проекте. Джордж пригласил меня на чудесный обед в «Санта Фи» (за который платил он) и сказал: «Дэниель, а что ты думаешь о сотрудничестве с двумя старыми толстыми парнями?»Они дали мне рукопись, которую они сделали, около 20 000 слов. Я вырезал треть и написал концовку — получилась как раз повесть. «Shadow Twin» была вначале опубликована в «Sci Fiction», затем ее перепечатали в «Asimov's» и антологии лучшее за год. Потом «Subterranean» выпустил ее отдельной книгой. Так мы продавали ее и продавали. Это была поистине бессмертная вещь!Когда мы работали над романной версией «Hunter's Run», для начала мы выбросили все. В повести были вещи, которые мы специально урезали, т.к. был ограничен объем. Теперь каждый работал над своими кусками текста. От других людей, которые работали в подобном соавторстве, я слышал, что обычно знаменитый писатель заставляет нескольких несчастных сукиных детей делать всю работу. Но ни в моем случае. Я надеюсь, что люди, которые будут читать эту книгу и говорить что-нибудь вроде «Что это за человек Дэниель Абрахам, и почему он испортил замечательную историю Джорджа Р. Р. Мартина», пойдут и прочитают мои собственные работы....Есть две игры: делать симпатичные вещи и продавать их. Стратегии для победы в них абсолютно различны. Если говорить в общих чертах, то первая напоминает шахматы. Ты сидишь за клавиатурой, ты принимаешь те решения, которые хочешь, структура может меняется как угодно — ты свободен в своем выборе. Тут нет везения. Это механика, это совершенство, и это останавливается в тот самый момент, когда ты заканчиваешь печатать. Затем наступает время продажи, и начинается игра на удачу.Все пишут фантастику сейчас — ведь ты можешь писать НФ, которая происходит в настоящем. Многие из авторов мэйнстрима осознали, что в этом направление можно работать и теперь успешно соперничают с фантастами на этом поле. Это замечательно. Но с фэнтези этот номер не пройдет, потому что она имеет другую динамику. Фэнтези — глубоко ностальгический жанр, а продажи ностальгии, в отличии от фантастики, не определяются степенью изменения технологического развития общества. Я думаю, интерес к фэнтези сохранится, ведь все мы нуждаемся в ностальгии».

Сергей Пятыгин , Дэниел Абрахам , Алекс Вав , Джеймс С. А. Кори

Приключения / Приключения для детей и подростков / Фантастика / Космическая фантастика / Научная Фантастика / Детские приключения