Миссис Дигби бросила взгляд на Руби.

– Опять звонил Квент. Он хочет знать, придешь ли ты на его супергеройскую вечеринку.

– Черт, – выдохнула Руби, – а я так пыталась об этом забыть!

– Что ж, надеюсь, твой отец не услышит эти твои слова. Ты же знаешь, как он относится к тому, что кто-то задевает чьи-то чувства.

Руби вздохнула – она слишком хорошо это знала.

– О небо, – сказал Клэнси, – так тебе придется пойти?

– Я что-нибудь придумаю, – ответила Руби.

Они уже перешли в гостиную и собирались посмотреть что-нибудь по телевизору, когда миссис Дигби позвала из кухни:

– Дитя, это ты сунула в тостер этот вот кусок хлеба?

Молчание.

– Ради всего святого, я только что приготовила вам закуску, – продолжила миссис Дигби, – и скоро будет обед, а ты делаешь себе тост. Ты что, страдаешь глистами?

– Да нет, миссис Дигби, это тост для Клэнса.

– Что?! – прошептал Клэнси.

– Да, понимаете, он решил немного набрать вес, поэтому ест вдвое больше, чем обычно.

– Странно как, – произнесла миссис Дигби, – выглядит так, как будто на этом тосте выжжены слова.

Руби вбежала в кухню и выхватила тарелку у озадаченной домоправительницы.

– Быть может, у вас что-то с глазами, миссис Дигби? Я ничего не вижу.

Послание гласило:

ПРИБЫТЬ В ШТАБ-КВАРТИРУ НЕМЕДЛЕННО.

Через полчаса Руби уже стояла в лаборатории «Спектра» и разглядывала улику: маленькую карточку в герметически закрытом пластиковом пакетике.

– Это она?

– Ага, – ответила С-Дж. – Сейчас мы проведем еще одну проверку, и она целиком и полностью в твоем распоряжении.

– А на что вы ее проверяете? – спросила Руби.

– На токсичные вещества.

– Что? Вы думаете, что она может быть отравлена, что ли?

– Вряд ли, но никогда нельзя знать точно.

– Я так и думала, – кивнула Руби. – Ничего, если я взгляну на нее до того, как вы запустите очередную проверку?

– Конечно, – разрешила С-Дж.

Руби достала карточку из герметичного пакетика. Одна сторона была совершенно пустой, на другой виднелся некий шифр, состоящий из точек – некоторые вдавленные, некоторые выпуклые.

– Есть какие-нибудь догадки? – поинтересовалась С-Дж, когда Руби протянула карточку обратно.

– Пока нет, – ответила Руби. – Эти точки что-то означают, но без других символов, а в идеале и какого-нибудь контекста, его никак не разгадаешь.

– Ясно, – произнесла С-Дж и сунула карточку обратно в пакетик. – Посмотрим, что мне удастся найти.

– Наверное, пока вы тут возитесь, я пойду выпью что-нибудь, – сказала Руби. – Что-нибудь сладкое будет не лишним.

– Ты знаешь, что некоторые люди считают сахар ядом? – спросила молодая лаборантка.

– Да, например, моя мама, – подтвердила Руби, – но это все равно вкусно.

Руби несколько устала и думала, что банка газировки – это именно то, что ей нужно. Однако, к несчастью, у автомата с напитками она наткнулась на Фроорна, и между ними завязалась небольшая перепалка.

– В этом автомате не продают молоко в бутылочках, – заявил Фроорн.

– Странно, – хмыкнула Руби, – потому что детишек, похоже, так и тянет к нему.

– Ты ведешь себя совершенно по-детски, – бросил Фроорн.

– Ты первый начал, – парировала Руби.

– Я начал? Я? Это ты снизила возрастной уровень сотрудников «Спектра», как только появилась здесь в марте.

– Ого, я сумела снизить его ниже твоего уровня? Кто же знал, что это возможно!

– Скучаешь по яселькам, малышка? – спросил Фроорн.

Постукивание ногтей по металлу заставило Руби и Фроорна прервать словесную дуэль и обернуться. Они увидели, что позади них стоит ЛБ, постукивая ногтями по холодильнику. Они не слышали, как она подошла – она почти всегда ходила босиком, практически бесшумно.

– Похоже, я пришла в какую-то пакостную разновидность детского сада, – произнесла она, морща нос. – Я считала дошкольные учреждения отвратительными еще тогда, когда сама их посещала, не заставляйте меня переживать это снова. – Это было одновременно требование и предупреждение.

Щеки Фроорна порозовели: он не любил, когда его заставали врасплох, особенно когда это делала ЛБ, на которую он надеялся произвести самое лучшее впечатление. Не сказав больше ни слова, глава «Спектра-8» повернулась и продолжила свой бесшумный путь дальше по коридору.

К тому времени как Руби вернулась в лабораторию, чувствовала она себя не лучшим образом. Она потратила целых двадцать минут буквально ни на что, и теперь ей предстояло изучить улику, от которой, честно говоря, было мало прока.

Лаборантка ушла, но маленькая белая карточка лежала на стойке под яркой настольной лампой. Рядом с ней стояло мощное увеличительное стекло на подставке, чтобы Руби могла рассмотреть карточку повнимательнее, но оказалось, что оно совершенно не нужно. И так было видно, что карточка больше не пустая. То, что раньше казалось чистым белым полем, теперь было пересечено тонкими черными линиями, образующими подобие сетки.

Руби сняла телефонную трубку и набрала номер.

– Блэкер слушает, – раздалось на другом конце линии.

– Это я. Спустись в лабораторию, тут кое-что только что всплыло на свет.

Глава 23. «Еженедельный шепот»