Во время одного из выступлений на каком-то из званом вечере привлекательный юноша Николай (тогда уже студент университета) очаровал своей виртуозной игрой барышню из харьковской аристократической семьи. Прослушав его исполнение произведений Шопена, пьесы Контского, барышня, лично не знакомая с Лысенко, сняла с себя драгоценную золотую брошь с самоцветом и приколола ее к груди молодого пианиста со словами: «Молодой человек, прошу принять это как награду за ваше непревзойденное мастерство, которое покорило меня». Эту брошь молодой студент разыграл в лотерее, сбор средств от которой предназначался в поддержку неимущих студентов.

В период обучения в харьковской гимназии Николай также принимал участие в благотворительных концертах, собранные на них средства предназначались для поддержки бедных студентов.

Так с 14–15 лет пианист Н. Лысенко начал свою концертную деятельность, которую будет вести до конца своей жизни, около 55 лет.

В годы учебы в харьковской гимназии растет его увлечение украинской стариной. Как отмечает Михаил Старицкий, «он (Кулиш) произвел сильное впечатление и содержанием своим, и, главное, языком; мы пережевывали каждую фразу и восхищались, как и ловко, и звучно получается, и как ярко прорисованы самые тонкие черты картины… Конечно, кроме «Рады», мы прочитали «Записки о Южной Руси». Этнографический материал и призыв к сбору народных сокровищ настолько зажгли Николая, что он стал собирать и записывать народные песни…»

В гимназический период жизнь Николая мало чем отличалась от пансионной. Каникулы и праздники непременно проводились дома, у родственников: или в Жовнине, или в Гриньках. Отличие состояло в том, как указывает М. Старицкий, что подростки «кроме обычных развлечений в залах и гостиных, а также забав на лоне природы, много читали друг другу вслух, переживая душой все перипетии жизни героев. Среди прочего жадно читали Вальтера Скотта, Дюма, Эжена Сю, Бальзака из тетушкиной библиотеки (матери Лысенко), – обычно в переводе на русский язык, а также похищали у гувернантки, которая занималась воспитанием сестры Николая Софии и его младшего брата Андрея, Польдекока на французском языке, знание которого мы и развивали на этих романах. Кроме того, родители Николая Лысенко выписывали множество газет и журналов («Отечественные записки», «Современник», «Журнал для юношества»)… Мы тогда увлекались также произведениями Гоголя «Вечера на хуторе близ Диканьки», «Приключения Чичикова».

В этот период, в возрасте 14 лет, будучи вместе с троюродным братом Михаилом Старицким в гостях у дяди Андрея Романовича, они всю ночь читали запрещенные стихи Тараса Шевченко, «восхищаясь и формой, и словом, и смелостью содержания». «Лысенко, привыкший к русскому или французскому языку, был особенно очарован музыкальной звучностью и силой простого народного слова», – вспоминал Михаил Старицкий. Так произошло знакомство гения музыки с гением слова. Это знакомство стало определяющим в жизни юного Николая Лысенко.

Весной 1859 года Николай Витальевич окончил гимназию с серебряной медалью и поступил на первый курс естественного факультета Харьковского университета.

Глава третья. Университетские годы. Начало музыкальной деятельности

В Харьковском университете Николай учился вместе со своим троюродным братом Михаилом Старицким, поступившим на юридический факультет. Но уже летом 1860 года, после окончания первого курса, Н. Лысенко перевелся в Киевский университет Святого Владимира на тот же факультет. Как указывала Олена Пчилка, «это произошло по разным причинам. Кроме того, что хозяйственные дела старого Лысенко еще больше ухудшились… подумали и решили всей семьей переехать в Киев…»

Студенческая юность Н. Лысенко пришлась на бурные 60-е годы XIX века, когда менялся общественный строй, шла борьба против основы старой жизни – крепостничества. Все говорили о жизни и благосостоянии простых людей. «Народ, народное счастье» стали боевым кличем того времени.

Н. Лысенко и М. Старицкий поселились в Киеве на Тарасовской улице. Учеба захватила юношей с самых первых дней. Они погрузились в мир новых знакомств, страстей, знаний. Н. Лысенко присоединяется к «Громаде» и очень быстро сближается со студентами Михаилом Драгомановым, Тадеем Рыльским, Владимиром Антоновичем, Павлом Чубинским, Борисом Познанским, будущими деятелями украинского движения. Вот как это вспоминает Олена Пчилка: «Университет Киевский кипел студенческими сходками, бурлил горячими студенческими речами… В Киеве меж студентами соперничали движение польское с украинским… На сходках звучало украинское слово; говорилось, что в этом крае народ – украинский, что он имеет свои политические права, и свое древнее право на высшую культуру… Николай Лысенко участвовал в нескольких украинских кружках; тогда же, осенью 1860 года, вступил в общество „Громада“».