Читаем Неоконченные споры полностью

Не умел созерцать. Все умел: и глядеть,   и заглядывать,видеть, даже предвидеть, глазами мерцать,всматриваться, осматриваться,   взором охватыватьгоризонт.Все умел.Не умел созерцать.Не хватало спокойствия, сосредоточенности.Не хватало умения сжаться и замереть.Не хватало какой-то особой отточенности,заостренности способавидеть, глядеть и смотреть.И у тихого моря с его синевой миротворною,и у бурного моря с его стоэтажной волнойостальная действительностьс дотошностью вздорноюне бросала меня,оставалась со мной.А леса, и поля, и картины импрессионистов,и снега, застилавшие их своей белой тоской,позабыть не заставили,как, обречен и неистов,вал морскойразбивался о берег морской.Я давал себе срок, обрекая на повиновениенепоспешному времени,но не хватало меня.Я давал себе век, но выдерживал только мгновение.Я давал себе год,не выдерживал даже и дня.И в итоге итогов мне даже понравиласьнаселявшая с древности эти местасуета,что со мною боролась и справилась,одолевшая, победившая меня суета.

Уроки музыки

Любовь моя   музыкой не разделена,и страсть моя к ней   не имеет ответа.Но где она, страсть безответная эта?В рояле она.То белая кость,то черная кость,молчанье перемежает звучанье.Я трогаю клавишивкривь и вкось.Я добиваюсь только мычанья.Бывает же   абсолютный слух!Неплохо и с относительным слухом.Я — глух.Я — безотносительно глух.Куда мне с моим стремленьем глупым!И сколько бы мне ни мотать головой,не выжимается песня живая,и я выбиваю то лязг, то вой,и только музыки не выжимаю.Она у иных,   как птица, с рукиклевала   и, наклевавшись, звучала.Сожму кулаки,разожму кулаки,начну, как советуют, прямо с начала.Начну.И еще раз начну.И еще.Начало начнет.Продолженье подскажет.И что-то усаживается на плечои крыльяминад головоюмашет.

На этюдах

Начинаются солнца эффектына снегу.На зальдевшем пруду.Тютчева бы сюда или Фета!А покуда и сам я иду,чтобы кистью своей   дилетантскойнаписать все, что видится мне,зафиксировать легкие танцызолотистости на белизне.

Определение лирики

Лирика — отсебятина.Хочется основательновсе рассказать о себеи о своей судьбе.Лирика — околесица:так шумна и пестра.Кроме того, она лестницав душу твою со двора.Лирика — суматоха.Лирика — дребедень.Кроме того, она вздохавоздуха   верная тень!С берега до береганочью пробег по мостам!Лирика эмпирикаучит общим местам.Учит к словам забытымвдруг проявлять интерес.Лирика вся — за бытом,словно за городом лес.Вдруг раскрываются дверииз теплыни в ледынь.Лирика вся: не верю,что не чета молодым.

Перепробы

Перейти на страницу:

Похожие книги

Зной
Зной

Скромная и застенчивая Глория ведет тихую и неприметную жизнь в сверкающем огнями Лос-Анджелесе, существование ее сосредоточено вокруг работы и босса Карла. Глория — правая рука Карла, она назубок знает все его привычки, она понимает его с полуслова, она ненавязчиво обожает его. И не представляет себе иной жизни — без работы и без Карла. Но однажды Карл исчезает. Не оставив ни единого следа. И до его исчезновения дело есть только Глории. Так начинается ее странное, галлюциногенное, в духе Карлоса Кастанеды, путешествие в незнаемое, в таинственный и странный мир умерших, раскинувшийся посреди знойной мексиканской пустыни. Глория перестает понимать, где заканчивается реальность и начинаются иллюзии, она полностью растворяется в жарком мареве, готовая ко всему самому необычному И необычное не заставляет себя ждать…Джесси Келлерман, автор «Гения» и «Философа», предлагает читателю новую игру — на сей раз свой детектив он выстраивает на кастанедовской эзотерике, облекая его в оболочку классического американского жанра роуд-муви. Затягивающий в ловушки, приманивающий миражами, обжигающий солнцем и, как всегда, абсолютно неожиданный — таков новый роман Джесси Келлермана.

Нина Г. Джонс , Полина Поплавская , Н. Г. Джонс , Михаил Павлович Игнатов , Джесси Келлерман

Детективы / Современные любовные романы / Поэзия / Самиздат, сетевая литература / Прочие Детективы
Поэты 1820–1830-х годов. Том 2
Поэты 1820–1830-х годов. Том 2

1820–1830-е годы — «золотой век» русской поэзии, выдвинувший плеяду могучих талантов. Отблеск величия этой богатейшей поэтической культуры заметен и на творчестве многих поэтов второго и третьего ряда — современников Пушкина и Лермонтова. Их произведения ныне забыты или малоизвестны. Настоящее двухтомное издание охватывает наиболее интересные произведения свыше сорока поэтов, в том числе таких примечательных, как А. И. Подолинский, В. И. Туманский, С. П. Шевырев, В. Г. Тепляков, Н. В. Кукольник, А. А. Шишков, Д. П. Ознобишин и другие. Сборник отличается тематическим и жанровым разнообразием (поэмы, драмы, сатиры, элегии, эмиграммы, послания и т. д.), обогащает картину литературной жизни пушкинской эпохи.

Николай Михайлович Сатин , Константин Петрович Масальский , Семён Егорович Раич , Лукьян Андреевич Якубович , Нестор Васильевич Кукольник

Поэзия / Стихи и поэзия