Читаем Монстры полностью

                 Идет старушка – две ноги                 И палочка к ней сбоку третьей                 Кругом снуют как мыши дети                 А ты, старушка, не моги!                 Смотри, случайно отвлечешься                 От старости своей, очнешься —                 А жизнь зазря и прожита                 В садике под виноградом                 Мы сидели, между нами                 Бегала собака Маня                 Ну и бегала, и ладно                 В сад входила в чем-то красном                 Нина – это так прекрасно                 Было                 Что ничего больше уж и не припоминается                 И садик                 Собака                 Нина —                 Прекрасно!                 Все больше к детям чувствую я нежность                 Вот побежал один и нос разбил                 Я б раньше подошел и говорил                 И говорил, и говорил, а нынче ежли                 И подойду – в стороночке серьезный                 Стою и слезы лью, и слезы лью, и слезы                 Лью                 Широкий шрам повдоль лица                 Наверное, служил он в коннице                 Когда от сабли вбок отклонится                 Тогда она не до конца                 Проходит мясо и кости                 Легко коснется – и прости                 Прощай                 Мягкая красота юного лица                 Но зато – здравствуй, суровая красота мужественности!                 Счастливый по реке плывущий                 Ее веслами разгребающий                 Чрез то немало понимающий                 А разве не счастливей пуще                 Видящий дома и вовне                 В окно глядящий – он вдвойне                 Понимающий                 Но вот счастлив ли он вдвойне                 Войдешь – и не поднимут взгляд                 И даже не покажут вид                 Всяк за компьютером сидит                 Ты ж вынимаешь пистолет                 А еще лучше – автомат                 И всех их ладненьких подряд                 На месте —                 Вот такая мстительная фантазия                 Покрыта инеем трава                 Морозный пар идет из горла                 Я выскочил спросонья голый                 Легко кружится голова                 Какие-то вокруг приметы                 Послушай-ка, а не посмертный                 Ли                 Вокруг                 Этот                 Беляевский                 Мир?!                 Стремительно белка на ветку взлетает                 За нею ворона драконом гналась                 А мне престарелому – экое дело!                 Да радуется привередливый глаз                 Красиво —                 Белка взлетела                 Ворона она гналась                 Престарелый                 Глаз привередливый —                 Красиво!                 В сенном лесу закрыв глаза                 Сидел, и оборотень-лиса                 Ко мне неслышно подошла                 Понюхала горячий воздух                 И так же тихо отошла                 Она во мне признала поздний                 Наисовременнейший                 Модификатор                 По развоплощению оборотней                 Когда бы у меня был сад                 Где цвел зеленый виноград                 И пионеров стройный ряд                 Шел, поспешая на парад                 То они мимо проходя                 Воскликнули б: Опрох! Одя! —                 Да, да, именно что —                 Опрох!                 Одя!                 Закинет ногу и сидит                 Нога-то голая такая                 Цельнолитая вся на вид                 Она-то голости и потакает                 Потворствует                 А жизнь тем временем и утекает                 Вот подойди к ней и скажи: Такая                 Сякая! —                 Не поймет                 Через тихую полянку                 Пробегает легкий ветер                 На полянке пляшут дети                 Только раз! – и вдруг изнанка                 Всего                 Обнажается                 Это видел я однажды                 Но и потрясен был аж до                 Онемения                 Едет умная собака                 В дорогом автомобиле                 У хозяина под боком                 Видно, что ее не били                 Никогда                 И кормили вкусной пищей                 Господи! Мы ищем, ищем                 Удачников этой жизни —                 А вот они
Перейти на страницу:

Все книги серии Пригов Д.А. Собрание сочинений в 5 томах

Монады
Монады

«Монады» – один из пяти томов «неполного собрания сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), ярчайшего представителя поэтического андеграунда 1970–1980-x и художественного лидера актуального искусства в 1990–2000-е, основоположника концептуализма в литературе, лауреата множества международных литературных премий. Не только поэт, романист, драматург, но и художник, акционист, теоретик искусства – Пригов не зря предпочитал ироническое самоопределение «деятель культуры». Охватывая творчество Пригова с середины 1970-х до его посмертно опубликованного романа «Катя китайская», том включает как уже классические тексты, так и новые публикации из оставшегося после смерти Пригова громадного архива.Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия / Стихи и поэзия
Москва
Москва

«Москва» продолжает «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), начатое томом «Монады». В томе представлена наиболее полная подборка произведений Пригова, связанных с деконструкцией советских идеологических мифов. В него входят не только знаменитые циклы, объединенные образом Милицанера, но и «Исторические и героические песни», «Культурные песни», «Элегические песни», «Москва и москвичи», «Образ Рейгана в советской литературе», десять Азбук, «Совы» (советские тексты), пьеса «Я играю на гармошке», а также «Обращения к гражданам» – листовки, которые Пригов расклеивал на улицах Москвы в 1986—87 годах (и за которые он был арестован). Наряду с известными произведениями в том включены ранее не публиковавшиеся циклы, в том числе ранние (доконцептуалистские) стихотворения Пригова и целый ряд текстов, объединенных сюжетом прорастания стихов сквозь прозу жизни и прозы сквозь стихотворную ткань. Завершает том мемуарно-фантасмагорический роман «Живите в Москве».Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Места
Места

Том «Места» продолжает серию публикаций из обширного наследия Д. А. Пригова, начатую томами «Монады», «Москва» и «Монстры». Сюда вошли произведения, в которых на первый план выходит диалектика «своего» и «чужого», локального и универсального, касающаяся различных культурных языков, пространств и форм. Ряд текстов относится к определенным культурным локусам, сложившимся в творчестве Пригова: московское Беляево, Лондон, «Запад», «Восток», пространство сновидений… Большой раздел составляют поэтические и прозаические концептуализации России и русского. В раздел «Территория языка» вошли образцы приговских экспериментов с поэтической формой. «Пушкинские места» представляют работу Пригова с пушкинским мифом, включая, в том числе, фрагменты из его «ремейка» «Евгения Онегина». В книге также наиболее полно представлена драматургия автора (раздел «Пространство сцены»), а завершает ее путевой роман «Только моя Япония». Некоторые тексты воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Современная поэзия

Похожие книги

Жених
Жених

Волей случая Игорь оказывается перенесён из нашего мира в один из миров, занятых эльфами. Эльфы необычные для любителя ролевых игр, но его жизнь у них началась стандартно. Любовь к красавице-принцессе, магия, интриги и война, от которой приходится спасаться в родной мир. Вот только ушёл он в него не с одной невестой, а со всеми, кого удалось спасти. У Игоря есть магия, много золота, уши, в два раза длиннее обычных, и эльфы, о которых нужно заботиться, и при этом не попасться ищущим его агентам ФСБ и десятка других секретных служб. Мир эльфов не отпускает беглецов, внося в их жизнь волнующее разнообразие смертельных опасностей и приключений.

Елена Андреевна Одинокова , Юлия Шолох , Александр Сергеевич Пушкин , Геннадий Владимирович Ищенко , Надежда Тэффи

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Поэзия / Проза / Классическая проза / Попаданцы