Читаем Монстры полностью

По поводу половых органов долго торгуются, подыскивая наиболее платежеспособных покупателей, и в географической зоне влияния, скажем, фрейдистов, или же, наоборот, тантристов их можно выгодно загнать либо за раритетные тексты неведомого происхождения, либо даже за целый день безумного и страстного говорения не худшего из артикуляторов

* * *

Голову обычно сохраняют для себя, усушивают, усаживают, посылают кому-нибудь посылкой, держат дома для доверительных бесед, так что любые коммерческие предложения на равнозначные текстовые обмены, как правило, отвергаются и рассматриваются предложения, связанные с экстра-коммуникативными каналами, а также областями мета– и гиперкоммуникаций, что и соответствует реальной цене объекта

Знали ли вы

1998

Предуведомление

Смысл данных вопросов, конечно, сакраментальный, да и ответы на них тут же это и подтверждают. Но конкретная ситуативность их более узка. Ну, как, например, встречают путешественников-странников, задают им вопрос: А что вы видели? – и раскрывают в удивлении и восторге рот на их рассказы, что бы они там ни плели, иногда даже и весьма банальные и обыденные истории. А бывают и такие, что прищурятся, ухмыльнутся, в смысле – плети, плети, – почешут в затылке, оглядят заговорщецки своих и срежут вопросом: А ты тыкву в 5 метров диаметром и с золотой начинкой видел? Нет? Так чего мне тебя слушать-то?!

* * *

Знали ли вы конгрессмена по имени Толян или Серый? —

Нет, вы не знали

* * *

Знали ли вы математика с головой серны или лучше – козла? —

Нет, вы не знали подобного

* * *

Знали ли вы когда-нибудь живую женщину кирпичной кладки?

Нет, вы не знали подобного

* * *

Знали ли вы неантропоморфное животное говорящее: Привет? —

Нет, вы не знали подобного животного

* * *

Знали ли вы человека в очках с диоптрией 83.455? —

Возможно, возможно вы знали подобное, но врали

* * *

Знали ли вы кого-нибудь из области созвездия Дмитрий Александрович? —

Нет, вы не знали никого подобного, так как такового созвездия не существует

* * *

Знали ли вы какого-нибудь турка, поедающего северную стрекозу? —

Нет, никогда вы не знали подобного турка

* * *

Знали ли вы у себя дома нечто физическое, не вмещающееся в свой физический размер?

Нет, у себя дома вы подобного не знали, на стороне, может, и знали, а у себя дома – нет

* * *

Знали ли вы печали? —

Да, вы знали печали

* * *

Знали ли вы поэта типа Пушкина со словом идентификация на устах? – А вот это, может, и знали

* * *

Знали ли вы какой-нибудь мизантропический вид общественного транспорта? —

Нет, вы не знали подобного

* * *

Знали ли вы в каком-либо существе слово «дееспособность» отдельно от сущности дееспособности? —

Да, увы, знали это и, практически, повсеместно

* * *

А знали ли вы, например, кота с развитым самосознанием осьминога?

Да, интересно, знали ли вы?

* * *

Знали ли вы нравственные мучения за пределами саморазвивающейся материи? —

Нет, вы не знали подобного

* * *

Знали ли вы шахматиста, лишенного слуха, зрения, обоняния, осязания и всего остального? —

Нет, вы никогда не знали подобного

* * *

Знали ли вы когда-нибудь что-либо описанное не в этих терминах? —

Нет, вы никогда не знали подобного и знать не могли

* * *

Знали ли вы некий, никем непрочитанный, величайший роман? —

Нет, вы не знали подобного, – если только не написали его сами в глубочайшем одиночестве

* * *

Знали ли вы твердь, лишенную основания? —

Нет, вы не знали таковой, т. к. не знаете и не понимаете, о чем речь идет

* * *

Знали ли вы спящего без задних ног? —

Да, возможно, знали и видели какое-либо спящее животное с отрубленными задними ногами

* * *

Знали ли вы когда-нибудь кающегося большевика? —

Нет, вы не знали подобного, потому что кающийся большевик – уже не большевик по сути, либо исключенный из партии

* * *

Знали ли вы когда-нибудь разницу между сырым и несваренным, включая и несжаренное? —

Нет, подобного различия вы не знали никогда

* * *

Знали ли вы какой-нибудь размер прихотливее 7 метров 33 сантиметров? —

Нет, вы никогда не знали ничего прихотливее

* * *

Знали ли вы счастье с нечеловеческим оттенком? —

Нет, пожалуй, с истинно нечеловеческим вы не знали

* * *

Знали ли вы когда-нибудь женщину по имени Ирина-медведь? —

Нет, вы никогда не знали подобного

* * *

Знали ли вы когда-нибудь кошку, истекающую потом? —

Нет, вы не знали подобного

* * *

Знали ли вы зайца, обретшего воду смысла и куст откровения? —

Нет, вы не знали подобного зайца

* * *

Знали ли вы когда-нибудь подобное, чтобы трамвай перешагивал через попавшего ему под колеса? —

Нет, вы не знали подобное

* * *

Знали ли вы девушку, вспыхивающую от стыда? —

Возможно, вы знали подобную девушку в прошлом

* * *

Знали ли вы окна, высотой в 2.3 сантиметра? —

Нет, вы не знали подобного, если в это не вкладывать иной, мистический, магический, фантастический, литературный или кукольный смысл

* * *

Знаете ли вы книгу, имеющую вас конкретно в виду? —

Возможно и знали, но не ту, которая здесь подразумевается

* * *

Знали ли вы мертвеца, претендовавшего бы на очередь в баню? —

Нет, вы не знали подобного

* * *

Знали ли вы мысль, обнаружившую свою полнейшую бессмысленность? —

Перейти на страницу:

Все книги серии Пригов Д.А. Собрание сочинений в 5 томах

Монады
Монады

«Монады» – один из пяти томов «неполного собрания сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), ярчайшего представителя поэтического андеграунда 1970–1980-x и художественного лидера актуального искусства в 1990–2000-е, основоположника концептуализма в литературе, лауреата множества международных литературных премий. Не только поэт, романист, драматург, но и художник, акционист, теоретик искусства – Пригов не зря предпочитал ироническое самоопределение «деятель культуры». Охватывая творчество Пригова с середины 1970-х до его посмертно опубликованного романа «Катя китайская», том включает как уже классические тексты, так и новые публикации из оставшегося после смерти Пригова громадного архива.Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия / Стихи и поэзия
Москва
Москва

«Москва» продолжает «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), начатое томом «Монады». В томе представлена наиболее полная подборка произведений Пригова, связанных с деконструкцией советских идеологических мифов. В него входят не только знаменитые циклы, объединенные образом Милицанера, но и «Исторические и героические песни», «Культурные песни», «Элегические песни», «Москва и москвичи», «Образ Рейгана в советской литературе», десять Азбук, «Совы» (советские тексты), пьеса «Я играю на гармошке», а также «Обращения к гражданам» – листовки, которые Пригов расклеивал на улицах Москвы в 1986—87 годах (и за которые он был арестован). Наряду с известными произведениями в том включены ранее не публиковавшиеся циклы, в том числе ранние (доконцептуалистские) стихотворения Пригова и целый ряд текстов, объединенных сюжетом прорастания стихов сквозь прозу жизни и прозы сквозь стихотворную ткань. Завершает том мемуарно-фантасмагорический роман «Живите в Москве».Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Места
Места

Том «Места» продолжает серию публикаций из обширного наследия Д. А. Пригова, начатую томами «Монады», «Москва» и «Монстры». Сюда вошли произведения, в которых на первый план выходит диалектика «своего» и «чужого», локального и универсального, касающаяся различных культурных языков, пространств и форм. Ряд текстов относится к определенным культурным локусам, сложившимся в творчестве Пригова: московское Беляево, Лондон, «Запад», «Восток», пространство сновидений… Большой раздел составляют поэтические и прозаические концептуализации России и русского. В раздел «Территория языка» вошли образцы приговских экспериментов с поэтической формой. «Пушкинские места» представляют работу Пригова с пушкинским мифом, включая, в том числе, фрагменты из его «ремейка» «Евгения Онегина». В книге также наиболее полно представлена драматургия автора (раздел «Пространство сцены»), а завершает ее путевой роман «Только моя Япония». Некоторые тексты воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Современная поэзия

Похожие книги

Жених
Жених

Волей случая Игорь оказывается перенесён из нашего мира в один из миров, занятых эльфами. Эльфы необычные для любителя ролевых игр, но его жизнь у них началась стандартно. Любовь к красавице-принцессе, магия, интриги и война, от которой приходится спасаться в родной мир. Вот только ушёл он в него не с одной невестой, а со всеми, кого удалось спасти. У Игоря есть магия, много золота, уши, в два раза длиннее обычных, и эльфы, о которых нужно заботиться, и при этом не попасться ищущим его агентам ФСБ и десятка других секретных служб. Мир эльфов не отпускает беглецов, внося в их жизнь волнующее разнообразие смертельных опасностей и приключений.

Елена Андреевна Одинокова , Юлия Шолох , Александр Сергеевич Пушкин , Геннадий Владимирович Ищенко , Надежда Тэффи

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Поэзия / Проза / Классическая проза / Попаданцы