Читаем Молодёжь России: «No Future»? полностью

До 80-х гг. XIX в. в США, как и в Европе, превалировала старая европейская цивилизация, но с конца XIX в. цивилизация обывателей развернула на нее активное наступление. В 40-е гг. XX в. в условиях войны цивилизация «масскульта» победила в США классическую европейскую цивилизацию, загнав ее в своеобразные культурно-социальные резерваты (попытка вырваться из них, предпринятая «старой» цивилизацией в 60-е гг. на волне «молодежной революции», потерпела поражение). После II Мировой войны цивилизация «масскульта» развернула интенсивное наступление уже в Европе. К середине 70-х гг. Европа была «вестернизирована», классическая европейская цивилизация потерпела поражение. Если еще в конце 60-х гг. французские, например, музыка, театр, кино, литература исходили из тех же базовых принципов, что и советские, и потому легко воспринимались в СССР, казавшись в то же время американцам «безумно сложными», «занудными» и «скучными», то сегодня французская культура уже вестернизирована. СССР до «перестройки» оставался последним оплотом европейской классической цивилизации. Сегодня настала его очередь.

Это ни в коей мере не «стихийный» и не «естественно-исторический» процесс. В истории подавление одной цивилизации другой — это всегда сознательный волевой акт, он предполагает сознательную агрессию. В частности, применительно к России, сознательный характер происходящего сегодня выдает то, что процесс заранее был идеологически подготовлен и «обоснован» («теориями» российской цивилизации как якобы «отсталой», «застойно-азиатской», «догоняющей» или, как выразился один из основных проводников «шоковой терапии» и, соответственно, виновников массовой гибели населения в 1992—1995 гг. в России — Е. Гайдар, «восточной»; сюда же относятся научно беспомощные «теории» «исторического вывиха» — советского периода в истории России, «искусственно прерванного» большевиками «естественного пути» развития России и т.п.).

Предполагается, что именно молодежь, культурно и социально еще не укорененная, должна выполнить роль «человеческого тарана» в деле разрушения европейской классической цивилизации в России и замены ее цивилизацией американской «массовой культуры». Для этого, разумеется, необходимо предварительно изменить ценностную ориентацию молодежи — идеал творца, высокий статус интеллигента должен был заменен идеалом обывателя, высоким статусом денежного мешка.

Четверть века назад знаменитый исследователь «молодежной революции», теоретик контркультуры Чарльз Рейх в своей нашумевшей книге «The Greening of America» показал, что «молодежная революция» 60-х гг. в США оказалась возможной только потому, что ее участники были (или пытались стать) носителями «нового сознания», «сознания-три», ориентированного как раз на творчество. Им предшествовали поколения носителей двух типов обывательского сознания — грубо-примитивного «сознания-один», типичного для эпохи первоначального накопления и «дикого капитализма», сознания «героя» вестерна, полуграмотного агрессивного эгоиста, носителя расовых и религиозных предрассудков, а затем — «сознания-два», сознания обывателя времен «институированного», «корпоративного» капитализма, сознания классического современного обывателя[7]. Бунтари 60-х гг. были детьми именно носителей «сознания-два», поскольку семьи носителей «сознания-один» стояли на столь низком культурном уровне и обладали таким зарядом ксенофобии, что в принципе не могли породить носителей качественно более совершенного сознания, а случайные «самозародившиеся» гении быстро выявлялись и уничтожались социальной средой «сознания-один» как «еретики», «социальная патология».

Классический советский обыватель (подавляющее большинство населения СССР) был как раз носителем «сознания-два». В силу принятия советским носителем «сознания-два» идеалов коллективизма (пусть даже в виде «суррогатов коллективизма») и в силу навязанной ему общественной ориентации на материализм, рационализм и общественный прогресс советский обывательский мир был способен осознавать сложность и неоднородность общества и потому позволял зарождаться и существовать носителям «сознания-три» и даже выделял для них специальные социальные ниши.

Цивилизационный слом, происходящий в России, искусственно навязывает российской молодежи «сознание-один», самое примитивное из возможных в индустриальном обществе, сознание, которое в самих США в целом преодолено и существует лишь в мифологизированной форме в «масскульте» (в вестернах и т.п.). Причем, чем моложе сегодня житель России, чем меньше у него личного социального опыта и социальной памяти, тем больший пропагандистско-идеологический прессинг он испытывает, тем больше шансов у него стать носителем «сознания-один», полуграмотным полупьяным «покорителем Дикого Запада» с «вечным пальцем на спусковом крючке».