Читаем Лошади в океане полностью

Конечно, обозвать народтолпой и чернью —легко. Позвать его вперед,призвать к ученью —легко. Кто ни практиковал —имел успехи.Кто из народа не ковалсвои доспехи?Но, кажется, уже при мнесломалось что-то   в приводном ремне.

Мама!

Все равно, как французу — германские судьбы!Все равно, как шотландцу — ирландские боли!Может быть, и полезли, проникли бы в суть бы,только некогда. Нету ни силы, ни воли.Разделяющие государства заборывыше, чем полагали, крепче, чем разумели.Что за ними увидишь? Дворцы и соборы.Души через заборы увидеть не смели.А когда те заборы танкисты сметают,то они пуще прежнего вырастают.А когда те заборы взрывают саперы —договоры возводят их ладно и споро.Не разгрызли орешек тот национальныйи банальный, и, кроме того, инфернальный!Ни свои, ни казенные зубы не могут!Сколько этот научный ни делали опыт.И младенец — с оглядкой, конечно, и риском,осмотрительно и в то же время упрямо,на своем, на родимом, на материнскомязыкезаявляет торжественно: Мама.

«Еврейским хилым детям…»

Еврейским хилым детям,Ученым и очкастым,Отличным шахматистам,Посредственным гимнастам —Советую занятьсяКоньками, греблей, боксом,На ледники подняться,По травам бегать босым.Почаще лезьте в драки,Читайте книг немного,Зимуйте, словно раки,Идите с веком в ногу,Не лезьте из шеренгиИ не сбивайте вех.Ведь он еще не кончился,Двадцатый страшный век.

Ваша нация

Стало быть, получается вот как:слишком часто мелькаете в сводкахновостей,слишком долгих рыданийалчут перечни ваших страданий.Надоели эмоции нациивашей,как и ее махинациисредствам массовой информации!Надоели им ваши сенсации.Объясняют детишкам мамаши,защищают теперь аспирантычто угодно, но только не вашибеды,только не ваши таланты.Угол вам бы, чтоб там отсидеться,щель бы, чтобы забиться надежно!Страшной сказкойгрядущему детствувы еще пригодитесь, возможно.

«Изучение иностранного…»

Изучение иностранногоязыка повторяется зановов поколении каждом, любомНедостигнутое в дедене успели достичь и дети.Перелистываю альбом,где четыре уже поколенияи спряжения и склоненияизучали спустя рукава.О веселые лица детские,изучавшие тексты немецкие,но — слегка. И едва-едва.О, мистическое невезение!Лингвистическое угрызениесовести   не давало плодов.Только мы уходили из школы,грамматические глаголызаглушал глагол городов.Говорят, что в последние годыязыку вышли важные льготы.Впрочем, если придется орать,знаменитому «хандыхоху»можно вмиг обучить неплохонашу разноплеменную рать.

Ода автобусу

Перейти на страницу:

Все книги серии Золотая серия поэзии

Похожие книги

Партизан
Партизан

Книги, фильмы и Интернет в настоящее время просто завалены «злобными орками из НКВД» и еще более злобными представителями ГэПэУ, которые без суда и следствия убивают курсантов учебки прямо на глазах у всей учебной роты, в которой готовят будущих минеров. И им за это ничего не бывает! Современные писатели напрочь забывают о той роли, которую сыграли в той войне эти структуры. В том числе для создания на оккупированной территории целых партизанских районов и областей, что в итоге очень помогло Красной армии и в обороне страны, и в ходе наступления на Берлин. Главный герой этой книги – старшина-пограничник и «в подсознании» у него замаскировался спецназовец-афганец, с высшим военным образованием, с разведывательным факультетом Академии Генштаба. Совершенно непростой товарищ, с богатым опытом боевых действий. Другие там особо не нужны, наши родители и сами справились с коричневой чумой. А вот помочь знаниями не мешало бы. Они ведь пришли в армию и в промышленность «от сохи», но превратили ее в ядерную державу. Так что, знакомьтесь: «злобный орк из НКВД» сорвался с цепи в Белоруссии!

Комбат Мв Найтов , Алексей Владимирович Соколов , Виктор Сергеевич Мишин , Константин Георгиевич Калбазов , Комбат Найтов

Детективы / Поэзия / Фантастика / Попаданцы / Боевики
Дон Жуан
Дон Жуан

«Дон-Жуан» — итоговое произведение великого английского поэта Байрона с уникальным для него — не «байроническим»! — героем. На смену одиноким страдальцам наподобие Чайльд-Гарольда приходит беззаботный повеса, влекомый собственными страстями. Они заносят его и в гарем, и в войска под командованием Суворова, и ко двору Екатерины II… «В разнообразии тем подобный самому Шекспиру (с этим согласятся люди, читавшие его "Дон-Жуана"), — писал Вальтер Скотт о Байроне, — он охватывал все стороны человеческой жизни… Ни "Чайльд-Гарольд", ни прекрасные ранние поэмы Байрона не содержат поэтических отрывков более восхитительных, чем те, какие разбросаны в песнях "Дон-Жуана"…»

Джордж Гордон Байрон , Алессандро Барикко , Алексей Константинович Толстой , Эрнст Теодор Гофман , (Джордж Гордон Байрон

Проза для детей / Поэзия / Проза / Классическая проза / Современная проза / Детская проза / Стихи и поэзия
Золотая цепь
Золотая цепь

Корделия Карстэйрс – Сумеречный Охотник, она с детства сражается с демонами. Когда ее отца обвиняют в ужасном преступлении, Корделия и ее брат отправляются в Лондон в надежде предотвратить катастрофу, которая грозит их семье. Вскоре Корделия встречает Джеймса и Люси Эрондейл и вместе с ними погружается в мир сверкающих бальных залов, тайных свиданий, знакомится с вампирами и колдунами. И скрывает свои чувства к Джеймсу. Однако новая жизнь Корделии рушится, когда происходит серия чудовищных нападений демонов на Лондон. Эти монстры не похожи на тех, с которыми Сумеречные Охотники боролись раньше – их не пугает дневной свет, и кажется, что их невозможно убить. Лондон закрывают на карантин…

Ваан Сукиасович Терьян , Александр Степанович Грин , Кассандра Клэр

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Поэзия / Русская классическая проза